— Честно говоря, я тоже думала увидеть здесь что-то вроде летнего дома, но на деле все оказалось куда лучше, а потом нашлись гостьи, - ответила Саша и, поймав взгляд Романа, отвела глаза. – Я бы хотела узнать что вы хотели показать мне днем, до того, как вошел Василий. И-и, мне очень интересно, почему вы убрали бумаги при нем, - Саша решила, что нечего манерничать. Чем раньше они все прояснят, тем лучше для всех. Нужно было понимать, с чем пришли гости.
— Пока мы не можем доверять никому. От этого и просили вас оставить нас на пару дней, - быстро ответил старший и, выйдя из кабинки, медленно вошел в воду.
— Насколько мне известно, ваше поместье тоже находится не в городе, а у черта на куличках, как и это, - хмыкнув, сказала Саша.
— Да, но вод там нет…. Как и газа, - Роман добавил про газ сделав довольно значительную паузу.
— Вернемся к началу нашей беседы, уважаемые князья. Так чего же мне стоит опасаться в своем доме? – Саше не нравилось, когда разговор уходил в другое русло."
"— Теперь Пятигорье – легкая добыча, и мы обязаны помочь вам, - Старший сидел в воде по самый подбородок, а Роман только вошел в воду и нырнул с головой. В большой купели пять человек могли улечься на спину, раскинув руки, и не задевать друг друга. Именно так делали девочки.
— И кто же может попытаться это сделать?
— Кто угодно, Александра Прохоровна. Удобнее всего это сделать тем, кто рядом с вами. Их, как правило, вообще не причисляешь к врагам, - старший смотрел на Сашу серьезно. Между купелями было пару метров, но она хорошо видела его глаза.
— И удобнее всего это сделать, взяв меня замуж. Таким образом легче всего получить так живописно описанные преференции, - она снова хмыкнула.
— Полагаю, это камень в мой огород? – не обернувшись и продолжая плыть в противоположную сторону, спросил Роман.
— Это камень в ваш лоб, Роман Георгиевич. Нам нечего притворяться. Вы самый заинтересованный человек. Да и кому, как не вам будет удобнее всего?
— Да, я это тоже обдумывал…. Ну, то, что вы так станете думать. Но о том, что озвучите… - Роман стоял теперь у поребрика своей купели. Вода доходила ему до середины плеча.