И огонь в них и правда, двигался, как свеча. Саша нахмурилась, вспоминая, что в Московском доме было электричество, но потом вспомнила, как далеко они от «цивилизации». По тропинкам гуляли: матушка с Карповной, Олюшка с Софьей, а за ними неспешна плыла Дарья и служанка гостей.
В двери постучали тихохонько, но Саша вздрогнула. Быстро схватила халат, накинула и отворила двери.
— Простите, что разбудил, - скромно начал Василий, которому, судя по всему, было неудобно. – Но нам нужно решить что-то по лечению барышень.
— Идемте, Василий, - Саша завязала халат, сунула ноги в тапки и вышла за молодым человеком, который привел ее в свою комнату-кабинет. В отличие от батюшкиного, здесь был идеальный порядок. Два больших стола с аккуратно разложенными бумагами, два кресла, небольшой диванчик, где минерально-водный «эскулап», видимо, и спал, шкафы с совершенно чистыми дверцами вокруг ручек.
Саша быстро, но внимательно охватила взглядом все детали.
— Хорошо у вас здесь, опрятно, - поспешила Саша похвалить Васильича. – Наверное, здесь вам и придется вести приемы.
— Я тоже так подумал, Александра Прохоровна, - он указал на кресло, потом предложил тарелку с конфетами и чай.
— Можете без отчества, Василий, так нам полегче будет. А гостьи наши больны обе разными болезнями, для которых вполне подойдет одно и то же лечение.
— Серьезно больны? – Василий сел напротив на самый краешек кресла и, чуть наклонившись к Саше, выразил своим взглядом крайнее беспокойство.
— Да. Матушку надо лечить от глупости и злости, а дочку от назойливости матушки. Так что, надо составить график лечения таким образом, чтобы виделись они не более часа в день. И то желательно в компании с нами, - ответила Саша и развернула конфету.
14.
Весь вечер Сашенька выпытывала у Василия, что это за источники, что лечат, проверена ли вода в полной мере, чтобы не оказалось, что лечение такое больше вреда принесет, чем пользы.