Небольшой овраг, на краю которого открывала портал седая, стал чуть приметной выемкой, деревце под которым она зарыла клад, стал большущим деревом, надеюсь, корни не испортили мои книжечки. Вот удивится Ранима, когда я из леса с таким сокровищем выйду.
— Это тут, — кивнула я Игору, — отойди-ка подальше, я буду магию применять, а так как я самоучка может случиться все что угодно.
Древлянин без пререкания ушел на десяток метров в сторону и стал за мной наблюдать. Я прикрыла глаза, вспоминая плетенку, которую увидела у хранительницы, нужная вещь — эта копательная плетёнка.
— Ты умеешь находить клады? — удивленно посмотрел на меня Игор.
— Вовсе нет, этот клад положен специально для меня, — я поиграла бровями, чтобы Игор ушел опять в сторону, и положила всю землю и дерн назад. Теперь я понимала, как хранительницы справлялись с тяжелыми работами. Все дело в магии, эх, и чего бы седой не показать мне еще пару приемов. Хотя может в книгах как раз и есть все что нужно. В приподнятом настроении я неслась домой, даже Игор хмыкал от моей скорости.
"Когда мы были почти возле лесопилки, я услышала крик, мое сердце сделало кульбиты, кричал ребенок, и я, не заботясь, что ветки хлещут по щекам и ногам, понеслась еще быстрее.
Влетела во двор и замерла, рассматривая незабываемую картину.
Глава 21
В нашем дворе, прижимая к себе сына, стояла Норна, рядом валялась порубленная лошадка, которую я сваяла Артаю, а сам драконенок стоял напротив, с частично обернувшимися руками.
Когда я заскочила во двор, он обернулся ко мне. Большие глаза, полные слез, смотрели горестно, так что сердце сжалось. Что делает мать, когда обижают ее ребенка? О, как мне хотелось налететь на эту парочку, располосовать в кровь лицо Норны, отхлестать по щекам мальчишку, еще и пенделя ему прописать.