Я перестала жаться к стене и попыталась оттолкнуть дракона, упираясь ладонями в его грудь. Руки закололо от жара, который перекинулся с его кожи на мою. Дракон тут же положил свою ладонь на мои руки, не давая мне убрать ладошки и посмотрев на меня живым уже человеческим взглядом, сказал:
— Чего только не было в моей жизни, но, чтобы требовали сына, а меня посылали подальше, такого не припомню."
"Я еще пару раз дёрнула руки и поняла, что не отпустит. Жар постепенно перетекал от ладошек по рукам и переходил на локти, стремясь охватить все тело.
— Я думал, это твоя игра, — продолжал тем самым дракон, — чтобы заставить меня обратить на тебя мое внимание, чтобы я желал узнать, почему ты так равнодушна, чтобы взыграла во мне драконья суть, выпуская наружу охотничью натуру. Я многое знаю о ваших женских штучках, древлянка, но как оказалось, тебе от меня нужен только сын! — Дракон замолчал, а я с удивлением прислушивалась к себе, тепло распространилось уже по всему телу, вздыбливая мелкие волоски и заставляя сердце биться как сумасшедшее.
— У меня есть предложение получше, древлянка, — дракон пристально посмотрел в мое красное от смущения и непонимания, лицо. Он словно не замечал, как вздымалась от быстрого дыхания моя грудь с явственно торчащим проявлением возбужденного состояния, и смотрел только в глаза, с надеждой в них что-то увидеть.
— Какое? — мой голос сбился от желания застонать уже в голос, попыталась еще раз оторвать свои руки от жаркого тела, но дракон держал крепко.
— Ты выйдешь за меня замуж Анэнья Суар, тогда мне не придется отпускать своего сына к тебе, а ты освободишься от Надима Савра, — я ошарашенно замерла, не в силах поверить в то, что услышала.
— Это какая-то проверка? — спросила я и облизнула сухие губы.
Губ герцога коснулась мимолетная улыбка, а сам он сделал шаг от меня. Стало холодно. По телу пробежались мурашки, пока на плечи не опустился плед. Он всегда накрывал меня пледом все эти дни, и мне стало спокойней.