Во всем Ривердине такая только одна – Алеса Вирингтон."
"В одночасье Алеса стала знаменитой. Ее везде приглашали, благодарили и даже вручили медаль от жителей города. Не чтобы я завидовала… Но это была моя медаль! Это я выпустила сознания из банок, где они сидели. Ужасно несправедливо, что жизнью рисковала я, а слава досталась Алесе.
Бабуле Ви тоже было не до меня – она не отходила от правнучки, опасаясь снова ее потерять. Но она хотя бы помогла мне с одеждой. По ее приказу для меня ушили несколько платьев ее правнучки.
Моим единственным спутником в эти дни был Рю. Я окончательно замучила филина жалобами на вселенскую несправедливость. Довела беднягу до того, что он сменил окрас перьев на депрессивно серый, да так и ходил.
Рорк меня избегал, я его почти не видела. И это угнетало сильнее всего.
Но я не привыкла долго страдать. Роль жертвы мне ни к лицу. Поэтому спустя пару дней мытарств, я решила взять судьбу в свои руки, а лучше сразу схватить ее за горло.
Рорк не хочет меня видеть? Ничего, потерпит.
Но проще сказать, чем сделать. Рорк Хейден оказался даже более неуловимым, чем мстители из одноименного советского фильма.
Дома он появлялся далеко за полночь. Я пыталась его дождаться, но неизменно засыпала раньше. Уходил он тоже рано, до завтрака. А порой вовсе ночевал в конторе.
Тогда я отправилась в контору в надежде встретить его там. Рю тоже пошел со мной. Филин боялся отпускать меня одну в столь подавленном состоянии.
Но в конторе я застала только ревнивую секретаршу.
— Мне нужно увидеть господина Хейдена, — заявила я с порога. — Он у себя?
— Вы кто такая? — вопросом на вопрос ответила Фенола.
Его жена – чуть было не ответила я. Все время забываю, что я теперь в своем теле.
— Его знакомая, — ответила я и сама почувствовала, как жалко это звучит.
Я Рорку никто. У Фенолы и то статус выше. Она хотя бы была его любовницей. А может, и до сих пор…
— Господина Хейдена нет в конторе, — отчеканила Фенола, не забыв поджать губы.
Видимо, придется ехать на фабрику. Вздохнув, я шагнула к двери, как вдруг услышала шаги над головой. Кто-то был на втором этаже, как раз там, где квартира Рорка. Повезло, что здесь хорошая слышимость.
— Зато в его квартире, кажется, кто-то есть, — указала я на потолок.
— Это личное пространство господина Хейдена, — заявила Фенола.
— Какая удача, — улыбнулась, — я как раз по личному делу.
Игнорируя возражения секретарши, я направилась к лестнице на второй этаж.