Хозяйка проклятого сада, или Новая жена для Темного

И особое искусство жизни в том, чтобы попробовать понять, что и другая сторона — тоже не зло… Что она тоже хорошая. Грас, Баэр был ребенком! Темным ребенком. А я — взрослая дамочка с жизненным опытом и неплохими когнитивными способностями.

— С неплохим чем?"

"— Одно с другим неплохо связываю. И рассуждать умею, — улыбнулась я. — Так вот, я все больше прихожу к выводу, что Свет и Тьма — это то, что в моем мире называет «ян и инь». Свет — это активное отдающее начало. Больше мужское, чем женское. Свет — сияет, отдает и подчас сам не видит, что творится в его сиянии.

Свет — это общее, коллективное. Это — прямота и очевидность. Ведь когда есть освещение, то как бы все видно. Поэтому в Свете нет загадки. Это — сияющие идеалы того, что Свет считает истиной. А поскольку принимать Свет не умеет, то увидеть их относительность не может. Так, Свет будет милосердным, только пока у него есть «идеал милосердия». Идеал, что нужно жалеть обездоленных и прочее… Но этот идеал вполне может не распространяться на кого-то и превратиться в идеал «бей чужих». Навязывать свое сияние и вообще все свое, в том числе свою точку зрения — другая сторона бесконечной отдачи Света… Тьма… С Тьмой сложнее, Грас. Мы с тобой ощущаем ее и любим. Поэтому, наверное, определить сложнее. Но если уж пробовать, то, в противоположность отдающему Свету, Тьма должна поглощать, брать. Но это не совсем так… Ведь бесконечное «брать» превращается в «поглощать», «пожирать». В такую черную дыру, в которую все влетает и ничего не вылетает. Но Тьма не такова. Мы обе это знаем… Я думала об этом. Прислушивалась к своим чувствам. И поняла… Тьма не бесконечно берущая. Тьма — бесконечно принимающая. Слова «брать» нужно заменить на слово «принимать». Свет — отдает. Тьма — принимает. Дает право на существование всему. И, конечно, Тьма — больше женское, чем мужское. Ведь кто еще лучше принимает, чем любящая женщина? Мать принимает своего ребенка таким, какой он есть. Жена, если любит — принимает мужа со всеми его безобразиями… Ну, ты меня поняла. Это не догма, но «как-то так». И принимая все, сама Тьма остается загадкой. Ведь в «темноте» может прятаться что угодно. А еще Тьма — это индивидуальное, Тьма умеет думать о себе и принимать отличие других. Наверное, поэтому Тьма и бывает такой милосердной. Как все принимающая любящая мать, признающая, что дети ее разнообразны и уникальны, у каждого свои желания… Не знаю, что еще сказать… Мне кажется, это все чувствуется.

— Невероятно, — прошептала Грас.