Тайрон уже осознал, что Ликерийская империя очень постаралась, чтобы в других мирах саоргов винили во всех бедах. На него смотрели, как на воплощение вселенского зла, хотя,(видят боги!) ни один саорг не совершил ничего, что было бы направлено во вред мыслящим расам. И все же, факт оставался фактом, самая необходимая саоргам раса — люди, искренне боялась их. Их боялись люди всех планет, кроме Ликерии.
Раскрывшийся новый факт лег частью большого пазла в копилку, где Тайрон собирал по кусочку всю доступную информацию.
Он улыбнулся Диане и в ответ получил такую же, ничем не замутненную улыбку от нее и настороженный взгляд, полный подозрений и недоверия, от Сайты. Тайрону понравилось, как маленькая хрупкая девушка встала на защиту большого и страшного саорга. Он упивался вкусом ее эмоций, гордился ею, восхищался и… отчаянно хотел. Хотел оказаться наедине с желанной женщиной, подмять под себя под себя и любить, любить, пока хриплые крики от чистого экстаза не вырвутся из сладкого рта его Дианы.
— Подождите меня в коридоре! — хрипло выдохнул он ей, отгоняя от себя дурманящие разум мысли.
Девушка послушно кивнула и, взяв Сайту за руку, вывела ее из комнаты. Дверь за ними захлопнулась, и Тайрон обернулся к ликерийцу. Самшит задрожал и отступил на несколько шагов, увидев в глазах саорга бушующее пламя. Смерть подступила так близко, что он практически почувствовал, как ее холодные и сильные, словно тиски, пальцы сдавливают горло.
— Пощадите… — сдавленно прошептал работорговец.
— А что ты можешь дать мне взамен, человек? — безэмоционально спросил Тайрон. Смотреть на трясущегося торговца было неприятно, зато отвратительный фон его чувств стал вполне терпимым. Очевидно, ужас что-то изменил в нем.
— Все что пожелает, мой господин саорг! Самшит все сделает! — ликериец хотел упасть на колени, но не посмел, наткнувшись на брезгливый взгляд Тайрона.
— Посмотрим, насколько высоко ты ценишь свою жалкую жизнь, — усмехнулся саорг, наблюдая, как темные волосы торговца на глазах покрывает седина.
— Ч-что? Что вы х-хотите? — заикаясь, прошептал Самшит.
— Я хочу, чтобы документы об освобождении трех… Нет, четырех, купленных мною рабов, были у меня уже завтра!
— Ч-четырех? Кто четвертый раб, господин?
— Гермор Зерт, бывший раб императора.
Торговец затрясся и все же бухнулся на колени.