В отличие от дяди и Абзаца, которые считали, что настоящим мужикам осторожничать не пристало, я всегда страховался при работе на высоте. К такой предусмотрительности меня приучил отец, часто приговаривавший: «Соборы растут вверх, а каменщики летят вниз!»
Из-за водостока прямо надо мной высунулось перепуганное лицо Абзаца. Через несколько мгновений к нему присоединился дядя, скорее из любопытства, чем из беспокойства. Увидев, как я болтаюсь на конце веревки, Абзац захохотал.
— Ну ты и напугал меня!
— Затащите меня наверх, черт возьми!
— Никак.
Абзац оттянул веревку. Мне удалось схватиться за подоконник — окно было открыто. Приятель поднял большой палец: «Отлично!» — и исчез. Веревка ослабла, и я рухнул в комнату в нежно-зеленых тонах, где пахло сном и флердоранжем. Чтобы подняться, я схватился за стол, на котором стояла чаша с апельсинами, стол опрокинулся на меня. Чудом поймав чашу, я стал собирать упавшие фрукты, они закатились даже под мебель. Наконец я с трепетом сел на край кровати.
На прикроватной тумбочке лежала полураскрытая открытка. Она начиналась словами «С днем рождения», написанными красивым спенсеровским шрифтом.
Управляющий дал нам совершенно четкие указания: ни при каких обстоятельствах в дом не входить.
«Мы надеемся, что тебе понравится подарок». Я принюхался — картонка была чуть спрыснута духами, экзотический женский аромат смешивался с запахом апельсинов. Вот, значит, какие они — дворяне. Чтобы всего-то поздравить с днем рождения, люди пишут открытки чернилами, красивыми наклонными буквами и шлют их друг другу.
"Замечтавшись, я вытянулся на кровати, прижав открытку к груди. Это мне написано: «Дорогой Мимо, мы надеемся, что тебе понравится подарок — новый костюм и нож с рукояткой из рога, о котором ты так мечтал». Это я буду спать сегодня на облаке из перьев, шерсти и конского волоса. Хоть на несколько мгновений стану частью этого мира, пусть даже понарошку.
Хоть на минутку. Ну пожалуйста.