Я проголодался!
Я, разумеется, тоже: тигровые акулы и в человеческом обличье весьма прожорливы. Но куда важнее мне было, с кем я, скорее всего, сейчас встречусь в столовой. У меня всякий раз странно колотилось сердце, когда я вспоминал, каким взглядом смерила меня Шари после моего дурацкого замечания на вечеринке по случаю дней рождения Холли и Финни. И как я только мог ляпнуть нашему оборотню-дельфину Ною такую глупость! Эти слова до сих пор звучали у меня в ушах. «Ты что, тоже в неё влюблён?» – «Глупости, с чего ты взял?» Я произнёс это таким пренебрежительным тоном, будто эта мысль абсурдна, будто Шари недостаточно хороша для меня.
Шари пока нигде не было видно… В столовой стоял невообразимый шум. До меня донеслись чьи-то вопли, звон и грохот.
– Вот же дождевой червяк! – вырвалось у Джаспера.
Осторожно протиснувшись внутрь, мы по колено в воде пошлёпали к буфету. Ни малейшего шанса подобраться к еде – для этого пришлось бы балансировать по спинам шести аллигаторов, которые перессорились из-за ветчины и сырной нарезки и разодрали то и другое на мелкие кусочки. По продуктам для завтрака, извиваясь, ползла девочка-питон.
"– М-м-м, выглядит аппетитно, с чего бы начать? – услышал я её мысли, когда она широко разинула пасть, чтобы проглотить кусок масла. – Хотите сладкого, ребята? – Ловким движением она опрокинула банку с ананасовым вареньем, и её содержимое закапало в открытую пасть одного из аллигаторов.
Мелкий оборотень-змея застрял в кольце пончика с корицей и, вопя «Помогите, вытащите меня отсюда!», пытался освободиться и одновременно откусить от пончика.
Упитанная буро-серая рептилия, опираясь передними лапами о буфет, пастью ловила сыплющиеся сверху пончики.
– Спасибо, Тино, здесь так круто! – воскликнула девочка-аллигатор Полли, и буфет закачался под её весом.
Наш повар и завхоз Джошуа превратил руки в щупальца и героически пытался отстоять хотя бы несколько булочек и блюд с нарезкой.