Как и хватит попыток договориться.
Видит Священная Пара – я честно пыталась! – Она – источник проблем, не так ли? Твоя жена. В какой момент она снюхалась с менталистом? Не ври мне, Амадео! Я вижу, что ты понял, кто он! Не просто понял, ты вспомнил. А значит, озеро дало тебе больше, чем мы предполагали с Виктраном! А даже если нет, и ты умрешь после признания, я не расстроюсь, понял?
Аргерцог вздрогнул. Я говорила негромко, практически выталкивая изо рта слова, но не переходила на крик, оттого звук моего голоса был куда страшнее крика.
– Молчание не поможет. Я активирую родовую клятву! Ты ведь понимаешь, что это означает?
Сдохнут все, в ком есть кровь Аригальерских. Виктран не в счет, он отлучен от рода самой кровью! И я пойду на это. Пойду, невзирая на любовь Виктрана к родителям. Потому что эти сволочи заслужили! Как никто другой заслужили!"
"Стоит тут передо мной, пальцы гнет, сволочь такая! А у самого не то что рыльце в пушку! Он там с ног до головы в говне измазан!
Пусть сдохнут! Но прежде выложат мне все как на духу!
– Она не виновата! Мы не знали!
– Так она или мы?!
– Я мало что вспомнил, клянусь! Но ты права, его привела Лианелия.
– Ребенка? – мне было плевать на его самобичевания.
– Да… Я понял, что он не один. Их двое... Менталистов двое. Вот, что я хотел сказать только Виктрану.
О да... То, что морф мотался по странам, мне было ведомо. Он проверял чуть ли не каждую собаку, которая когда-либо имела доступ к королевской семье. Толку-то!
– Анастейзи, пожалуйста, отпусти Лианелию! Это не та вина, за которую стоит так сурово наказывать. Мы оба были под влиянием. Оба!
– Ты ведь уже понял? – я проигнорировала его слова.
Надо же... Вот и ответ на вопрос, зачем аргерцог как полоумный скупал земли, разрабатывал шахты, добывал ресурсы и приумножал свои богатства. Не свои. Да, он и сам имел определенный куш, но все это было сделано для менталиста, пусть сам Амадео думал иначе.