Он проводил в сознании по несколько часов в день, и я в это время развлекала его своим кривым эльфийским, историями из прежней жизни, забавными случаями из жизни в пустыне. Эльф очень переживал за свой внешний вид, но я успокоила его, сказав, что он похож на хранителя древних сокровищ из моего старого мира. Он очень удивился, и я два дня рассказывала про мумий и давно ушедших царей.
Глава 8. Разлом
Лари выздоравливал рекордными темпами. Эль уже разрешил ему недолго сидеть, откинувшись на подушки, когда меня внезапно накрыло видение.
Когда перед глазами стало привычно размываться, я поспешно откинулась в кресле, чтобы не упасть, и едва успела предупредить друзей, чтобы не волновались:
— Видение.
И вот я смотрю с вершины холма, а подо мной, растянувшись бескрайней лентой, по дороге маршируют солдаты.
Картинка смазалась, и вот я гляжу на бегущих между деревьев стражей леса. Сотни и сотни эльфов мелькают между стволов, исчезают в одних природных порталах и появляются из других. Этим воинам не нужна музыка. Её заменяют короткие команды, шорох леса, пение птиц и воинственный клич, то и дело раздающийся среди эльфов. Они готовы принять бой.
Я тяжело возвращалась в реальность после этого видения. Не сразу осознала, что выросшие вокруг меня стены — уже не часть леса, что меня поддерживают сильные руки Хранителя, а Лари с кровати с тревогой и жалостью ждёт, когда я приду в себя.
— Я в порядке, — голос звучал хрипло, как после сна.
Эль провёл вокруг меня руками, проверяя состояние здоровья. Потом ненадолго вышел, и вернулся с целым кувшином успокоительного отвара. Я послушно цедила травяной напиток из стакана, пересказывая видение. Потом мы втроём держали военный совет.