На раковине вместо аккуратного брикета туалетного мыла лежал кусок чего-то непонятного, больше похожего по консистенции на хозяйственное – доморощенное, изготовленное после Переноса изделие. «Сосед приобрел», – решил Александр. Поднес к носу – пахло вполне приятно: какими-то травами и мылилось нормально. Кое-как умывшись, проковылял обратно в комнату.
С непосредственным начальником – бывшим начальником отдела длительного хранения техники рембазы, несмотря на разницу положения майора и молодого лейтенанта, у Александра сложились неплохие отношения.
Из аптечки в шкафу достал пачку аспирина.
Прихватив со стола мобильный телефон, перешел на кухню. Простоявший ночь обесточенным холодильник – дали свет под утро, встретил приветственным рыком. Вытащил из него полуторку с водой, запил таблетку.
Он рухнул на табуретку у кухонного стола, пальцы пробежали по кнопкам, набирая номер мобильника командира роты.
«Дзинь! Дзинь!» – настойчиво трещали звонки, но трубку никто не брал.
«Ну же! Возьми телефон! Уже утро, ты не можешь еще спать!»
– Да, – зазвучал в трубке сонный шепот ротного.
– Здравия желаю, товарищ майор, – произнес нервно-взвинчено Александр, – лейтенант Петелин беспокоит!
В трубке сладко зевнули и продолжили так же тихо:
– Петелин! Ты время видел?
– Да, – Александр растерялся, но не успел продолжить, как ротный шепотом перебил.
– Я в двенадцать ночи домой пришел! Ты какого черта будешь в такую рань?
В трубке – истеричный младенческий плачь и недовольный женский голос.
– Ну вот, Сашку разбудили, – ротный вздохнул в полный голос и добавил обреченно, – теперь не заснет. Чего звонил, говори уж!
– Вчера у подъезда на меня напали. Разрешите взять на сегодня отгул, чтобы оклематься?
В трубке тяжелое дыхание, затем прозвучал настороженный голос:
– Стоп! Четко и внятно докладываешь с самого начала, что произошло!
– Возвращался домой, у подъезда встретили двое уголовников.
– Так-так, – донеслось из трубки, – Сильно досталось? – после паузы ротный протянул задумчиво.
– Да так, не очень, только под глаз похоже хорошо засветили, совсем не видит.