– Эй, скоро Королев придет со своим отчетом о выполненных работах по жалобе, а ты опять задумалась и не ешь. Что случилось?
– Думаешь, я плохая? – вдруг спросила ее, зная, что она уж не постесняется ответить правду. Это тут она добрая и корректная, а в жизни, что думает, то и говорит, совершенно не фильтруя разговор, что иногда плохо. Кстати, я тоже понимала это, но вот в силу своей эмоциональности, порой совсем забывала о страхе, действуя категорично и импульсивно.
Неужели нужно было отвернуться и уйти, когда покупатель подошел? Вроде как: «Бегите от меня! Вон Лиза! Посмотрите, как она хлопает ресницами и не может сойти с места, потому как юбка-карандаш после стирки не позволяет делать лишних движений.
– Ну даешь Наташка! Совсем что ли? Замечу, этот бородач приходил в твой выходной, но так и ушел ни с чем. Даже главный менеджер, наш любимый черствый сухарь, не убедил его. А сегодня когда он с женой явился, то сразу же взбодрился, увидев тебя.
– Как Антошка?
– Спасибо! Даже не знаю, как тебя благодарить, но нельзя вот так тратиться на других. Я бы что-нибудь придумала.
– Все в порядке. Главное – что Антошка здоров.
Не могла я просто смотреть, как Рухина мечется, хватаясь за волосы, не зная, что делать.
Запиликал телефон. Мой. Пиликал только у меня, у всех песенки играли. Вытащила своего боевого друга, работающего, когда ему хотелось, и сразу же нажала на кнопку, так как экран был разбит и непонятно, кто звонит."
"– Натаха, тебя тут мужик спрашивает. Такой представительный и недовольный.