Мне и своей сумасшедшей родни хватает."
"— Тебе мало одного похищения? Хочешь дождаться, когда под угрозу будет поставлена твоя дочь? — с жаром перебил меня Андрей, повышая голос.
— Но меня похитили из-за связи с тобой! Так не лучше ли держаться от тебя подальше? — крикнула я, срываясь.
Мне сразу же стало стыдно из-за своей вспышки. Не стоило так кричать, но от смысла слов я не открещивалась.
Я повернулась к окну, наблюдая за тем, как мы вновь проезжаем кукурузные поля. Самих початков еще не было видно, они были скрыты листьями.
— Виноват. Признаю, — он легко это произнес, кажется, без капли раскаяния, — думал, если ты исчезнешь из поля зрения моего брата, то тебя это все не коснется. Но теперь он с чего-то решил, что может меня шантажировать. Так что лучше будет тебе и Алевтине быть рядом.
— Я сама сбежала! — в голову начали закрадываться нехорошие мысли… Как это может быть, я делала то, что планировал он? — Подожди, ты хочешь сказать, что есть какая-то магия, которая заставляет думать… и действовать в соответствии с чьими-то хотелками?
Вот это уже было страшно по-настоящему, и, должно быть, Андрей что-то такое увидел в моем лице, потому что торопливо добавил:
— Есть, но это не тот случай.
— Ты говоришь так, будто мы были женаты, или между нами был, как минимум, бурный роман! Очнись! — больше всего меня сейчас злило то, что я понимала — я соглашусь.
Я не смогу еще одну неделю высидеть взаперти, обрекая на то же ребенка. Если уж опасно что с ним, что без него — то какая разница. Пусть тогда меня окружает хотя бы комфорт.
— И вообще, нет никаких «мы», — ядовито добавила я после небольшой паузы. — Есть я и мой ребенок, который сейчас, по милости твоего брата, находится без мамы.
Дорога наконец свернула на трассу, вдалеке показался город. Теперь вместо кукурузы на обочинах красовались билборды, пестрящие рекламой.
— Мы ее заберем.
— Ты ведь знал, что со мной ничего не случится. Говорил про то, что мне нельзя навредить. Может быть, раз ты и так следил за нами, стоило тебе сначала о ней позаботиться? — снова вдруг психанула я.
Кажется, этот выпад окончательно подверг Финика в когнитивный диссонанс.