"
"— Звучит так романтично, — пропищала фея, выуживая откуда-то из недр шкафа округлый кусочек коричневого сахара и весело поглощая его. Очевидно, Финик действительно принес ей новое угощение.
— Если она умрет, — обратилась к Финику розовая, — то я обязательно сочиню про это грустную песню и буду будить ею тебя по утрам.
На попытку сострить никто уже не обратил внимания, прежде чем Андрей вынес меня из кухни, я лишь успела попросить вдогонку:
— Если что — сразу зови.
Полотенце уже пропиталось кровью, ногу жгло и щипало, возможно, рана действительно была глубокой.
Когда мы оказались в кабинете, мужчина усадил меня на диван, а сам бросился к столу, выуживая небольшой чемоданчик.
— Я немного диван запачкала, — смущенно призналась, заметив, как капля крови попала на обивку.
— Не переживай, дай посмотреть… — Финик убрал полотенце, придирчиво осматривая рану. — Так, нужно поднять ногу вверх, подержи несколько минут. Ничего страшного, сейчас я обработаю.
В платье задирать ногу было не слишком удобно.
— Рана на пятке, так что опасности нет, — пояснил мужчина, промокая мою ногу ватным тампоном, смоченным в чем-то. Рану тут же зажгло, я сморщилась, выдыхая сквозь зубы ругательство. Терпеть боль я никогда не умела. — Сейчас заклею, и все будет хорошо. Кровь уже остановилась. Полежишь так еще минут десять, и все будет отлично.
— Спасибо.
Все-таки как же меня угораздило?! Последние события сделали меня совершенно рассеянной.
— Единственное, какое-то время будет больно наступать, постарайся ходить на носочках, — голос мужчины показался мне осипшим.
Мне показалось, вновь видела в его глазах желтые кошачьи всполохи, и завороженно рассматривала их, на мгновение отрешившись от реальности. Рука Андрея скользнула по голени ниже, он невесомо провел пальцами до бедра, наклонился.
— Это будет неправильно, — шепотом возразила, неуверенная в твердости собственного голоса.
— Не все ли равно? — он свел брови, а на лице его на миг отразилась надежда. — Правильно или нет, судить только нам двоим.
— Андрей, я не уверена…
— Зато я уверен.
С этими словами он прижался к моим губам в сокрушительном поцелуе.