Кипящая переправа

Вот только там можно попробовать пробраться, больше нигде.

– Овраги да болота – наши верные друзья, – усмехнулся Шубин. – Давай показывай, где этот твой овражек.

– Надо еще правее взять, – сообщил Гилялов и первым исчез в темноте. Остальные последовали за ним.

Овражек, о котором говорил Муса, преодолевали по одному. Занятие было крайне опасным, ведь немцы находились рядом, буквально в десяти метрах. Но вот наконец все разведчики собрались за линией немецких траншей. Теперь предстояло решить следующую задачу: так же бесшумно преодолеть и линию расположения танкистов.

Решалась задача немного попроще: между танками имелись прогалы, ничем не заполненные. По одному из таких прогалов разведчики и пробрались. Дальше пошли тылы танковой бригады: здесь высились снарядные ящики, возле которых ходил часовой, стояли полевые кухни, был раскинут небольшой госпиталь.

Возле госпитальной палатки, Шубин вдруг задержался. Он услышал обрывок разговора, который происходил в самой палатке.

– Нет, господин Шоммер, я никак не могу выписать вас немедленно, – говорил один из собеседников, очевидно, врач.

 – Время два часа ночи, какая выписка? Вы ведь сами уважаете порядок, почему же вы предлагаете мне его нарушить? Утром, когда рассветет, я проведу осмотр, и, если ваша рана еще больше затянется и у вас не будет температуры, я с радостью верну вас в часть.

– Хорошо, я согласен подождать до утра, – послышался другой голос, высокомерно цедивший слова. – Но только до утра, слышите? Я должен проверить свой батальон.

Этот болван Кунц вечно что-нибудь напутает. Да и другие олухи не лучше. Нет, я должен находиться в батальоне лично! Утром вы меня выписываете, доктор, ничего другого я не потерплю.

– Хорошо, хорошо, господин майор, – заверил врач."

"Полог палатки откинулся, и врач вышел. На долю секунды перед Шубиным открылась внутренность госпиталя, он увидел высокого человека лет тридцати пяти, в офицерском кителе, наброшенном на плечи. Немец снял китель, задул лампу возле кровати и лег.

А Шубин остался снаружи, в темноте, никем не замеченный. Он чувствовал, что судьба посылает ему уникальный шанс, о котором можно было только мечтать.

– Муса, – прошептал он. – Слушай новое задание. Пройди немного в тыл немцев, метров на триста, найди место, где бы мы могли надолго расположиться. Потом возвращайся.

Гилялов снова исчез в темноте. И снова он отсутствовал около часа. За это время над лесом взошла луна, озарила окрестности своим мертвенным светом.