И как-то все сложилось, что мне даже понравилось наличие семьи. Оказалось, в этом есть свои плюсы, когда заходишь в большой бизнес.
Через три года Лена родила еще дочь Лизу. У моей супруги была мечта о большой семье. Она хотела много детей и поэтому даже не советовалась со мной о том, хочу ли их я. С годами и опытом я стал понимать, что со стороны Лены это была попытка привязать меня к себе на всю жизнь. Она безумно меня любила.
Почему до женщин никак не дойдёт одна простая истина, что дети не привязывают мужчин к женщине? Но ответственность я брал и всех своих детей принимал, воспитывал и даже уделял внимание.
Так и жили. Лена была тихая и покладистая. Она принимала моё главенство и власть и никогда меня не предавала. За что я со временем стал ее ценить и уважать.
Но… Лена погибла… неожиданно, скоропостижно. Еще с утра она подавала мне завтрак и обсуждала со мной новые шторы, а уже в обед случилась авария. Шансов выжить в ней не было. И даже винить и наказывать за смерть Лены было некого.
Второй раз я женился спустя годы.
Не планировал. Этот брак состоялся по голому расчёта. Когда Климов намекнул, что доверить свои дела можно только своему человеку, желательно родственнику. Тогда он не был у меня на крючке, как сейчас, и ради бизнеса я готов был идти на что угодно. Я и сейчас готов. Мои пороки – алчность и жажда власти. Но я считаю их достоинством. Строю свою империю.
Итак, я женился второй раз – на дочке Климова, Нелли.
Я ломаю женщин, я их безбожно порчу. Нелли лгала мне в глаза, что не может зачать ребёнка, а на самом деле просто не хотела рожать от меня. До такой степени я был ей ненавистен. Наверное, с этого момента наш брак стал полностью пустым. Она жила своей жизнью, я – своей, иногда изображая семью на публику.
Много раз хотелось её придушить и одновременно забавляли эти неадекваты. Но всё намного проще – Нелли была не моей женщиной. Мы попросту несовместимы. Скорпион и кобра никогда не уживутся в одном террариуме. В конце концов, один из них уничтожит другого.
Мужчины так устроены, что, если даже не любят женщину, всё равно ее присваивают.