– «Что ты видел?»
Мальчик стоял там, не решаясь заговорить. Затем, наконец, после нескольких долгих секунд, он выкрикнул:
«Я ничего не видел!»
Присутствующие в зале пораженно ахнули.
«Что ты имеешь в виду, мальчик?» – крикнул опешивший, разъяренный Годфри. – «Расскажем им то, что ты рассказал мне! Расскажем им, что ты видел! Не бойся. Будь честным сейчас!»
Мальчик снова посмотрел на Гарета, который, казалось, кивнул ему в ответ.
«Я ничего не видел!» – снова крикнул ребенок. – «Мне нечего сказать!»
Годфри растерянно разглядывал мальчика, в то время как Гарет удовлетворенно улыбался.
«Как ты говорил, мой дорогой брат?» – спросил Гарет.
Годфри бросил на Гарета сердитый взгляд.
«Ты каким-то образом добрался до мальчика!» – крикнул он.
Гарет откинулся назад и рассмеялся.
«От твоего свидетеля никакой пользы», – сказал он. – «Твой жалкий план вытеснить меня провалился. Я все еще являющим настоящим и законным Королем. И ты ничего не можешь с этим поделать».
«Абертоль, ты должен что-то сделать!» – взмолился Годфри.
Абертоль грустно покачал головой.
«Боюсь, что без доказательств это невозможно. Закон есть закон. Что бы ни случилось, Гарет должен остаться Королем, пока не будет доказано обратное».
«Ты лжец!» – крикнул Годфри через весь зал Гарету. Его лицо залила краска, он вынул свой меч, словно собирался обрушить его на брата.
Звук вынимаемого из ножен меча пролетел по всему залу, и после того, как Годфри это сделал, внезапно послышался звук десятков вынимаемых меч, когда все свирепые воины за Гаретом приступили к действию.
Члены Серебра и Легиона не заставили себя ждать, тоже вынимая свои мечи.
В комнате началось напряженное противостояние, ряды солдат стояли по обе стороны с мечами в руках лицом к лицу. Комнату окутывало тяжелое напряжение.
«Закон на моей стороне», – медленно сказал Гарет, подбирая слова.
«Ты можешь арестовать нас только по закону королевского двора», – выкрикнула Гвендолин, делая шаг вперед. – «Но с сегодняшнего дня мы больше не являемся членами королевского двора. Ни один из нас. Я и эти воины навсегда покидаем это место. Ты можешь незаконно сидеть здесь, на троне нашего отца, и править этим двором, а мы станем править в нашем собственном дворе, заочно.