Клич чести

Когда ее глаза постепенно привыкли в окружающей обстановке, девушка увидела, что она лежит в объятиях Тора, на куче меха, в замке ее матери, рядом с тлеющими угольками огня. Обернувшись, она увидела, как первый свет зари заглядывает в окно, заметила спящего поблизости Крона и поняла, что ей приснился сон.

Гвен поднялась, мягко высвобождаясь из объятий Тора, который крепко спал, и подошла к открытому окну. Она посмотрела вниз и одной рукой погладила свой живот – ничего не изменилось.

Но, тем не менее, Гвен чувствовала, что внутри нее что-то переменилось.

Девушка ощутила проходящую через нее энергию. Она не могла этого объяснить, но каким-то образом она почувствовала, что изменилась навсегда.

И в эту минуту Гвен знала – просто знала – что она носит в себе дитя Тора.

Глава пятнадцатая

Король МакКлауд кипел от гнева, шагая через площадь перед своим замком, наполненную его ранеными и поверженными солдатами. Его люди лежали повсюду, истекая кровью и издавая непрестанные стоны. Те, кому повезло избежать ран, сидели на земле с удрученными лицами.

От одного только вида на эту картину он испытывал приступ тошноты. И неважно, что они у них только что было сто дней невиданных побед, трофеев, проникновения на сторону МакГилов глубже, чем когда-либо удавалось любому из его предков. Теперь все, что запомнят эти люди, – это их поражение, потеря их трофеев, рабов, их раны и потеря собратьев. А все из-за того мальчишки.

Это был позор.

Продолжая шагать, МакКлауд хмурился, пиная ногами случайно попадающийся у него на пути солдат, которые сидели на земле, толкая других, хлопая раненых.

Он шел в окружении своих советников, ни один из которых не осмеливался заговорить с ним. Они мудро хранили молчание, зная, что заговорить было бы ошибкой.

МакКлауд снова и снова прокручивал в своей голове причину их поражения, что пошло не так, что можно было сделать по-другому. Может быть, им следовало бы остановиться перед последним городом. Возможно, ему не следовало отваживаться пробираться так глубоко.

Если бы он вернулся раньше, то смог бы вернуться на сторону Хайлэндс, принадлежащую МакГилам, на своих собственных условиях в качестве героя-завоевателя, еще более величественного короля, чем все МакКлауды до него.

Но МакКлауд двинулся дальше, взял слишком много городов, слишком многое поставил на одно сражение. Он недооценил укрепления МакГилов. МакКлауд был уверен в том, что сын МакГила Гарет был слабаком, неспособным собрать оборону.