— Что? Это ещё почему? Это ведь она меня отравила! Да вы просто обязаны её арестовать! И потребовать, чтобы она как можно скорее предоставила мне противоядие!
— Если бы на месте жены господина Римана Ворманта был какой-то другой человек, без денег и связей, то я, вероятно, бежал бы к тому человеку быстрее вас. Просто потому, что на простого человека мне легче надавить и легче припугнуть. Но чтобы что-то требовать от госпожи Юнары Вормант, мне нужны серьёзные доказательства её вины. А таких доказательств нет — развёл руками Райнер.
— Как это нет?! — возмутился Тиман Маро — Я потерпевший! И я говорю, что меня отравила Юнара Вормант! А вы заявляете, что никаких доказательств её вины нет?! Моих слов разве не достаточно?!"
"— Во-первых, вы не совсем потерпевший — поправил следователь — Буквально несколько минут назад вы самолично признались, что шантажировали госпожу Юнару Вормант и вымогали у неё крупные суммы денег. Одно это ваше признание делает из вас преступника, к словам которого следует относиться с большим недоверием.
— Но… но…
— Да, вы пили вино в её экипаже и вам показалось, что улыбается она слишком довольно. Да, она сказала, что даёт вам деньги в последний раз, но это тоже никакое не доказательство. Но, повторюсь, установить точное время, когда вы выпили смертельное зелье, невозможно. Вы ведь что-то пили до и после того, как встретились с госпожой Юнарой, верно?
— Да, но…
— Яд вам мог подмешать кто-то ещё и в другое время.
Тиман Маро глубоко вздохнул, в который раз уселся на кресло напротив следователя. Задумчиво сощурился и спросил:
— Значит, меня отравила не Юнара?
Райнер еле удержался, чтобы глаза не закатить.
— Я такого не говорил — пояснил он — Впрочем, я и не утверждаю, что отравила вас именно она. Я просто говорю, что ваши слова не являются доказательством вины госпожи Юнары. А от голословных обвинений, не подкреплённых никакими уликами, она легко отмахнётся. И будет совершенно права.
— И что теперь делать?
— Следить, наблюдать, искать улики. Всё как обычно.