И должен заплатить ещё, когда они со мной окончательно разделаются.
— Что потом?
— Потом к кровати подошли, и один из них начал вытягивать у меня из-под головы подушку. В этот момент я его ударила. И пока они оба соображали, что произошло, я выскочила в коридор и стала звать на помощь. Но это ты и сам знаешь, ты в тот момент очень вовремя недалеко от моей комнаты оказался. Кстати, что ты там делал?
— Нужно будет уточнить, действительно ли они именно тебя убить хотели, или просто комнатой ошиблись — задумчиво проговорил следователь, полностью игнорируя заданный вопрос, и Аня возмущённо ответила:
— Убить они хотели меня, а не кого-то там! Из их разговора я поняла, что убить они собирались именно ключницу! А ключница в Академии я! Ах, да… ещё один из них сказал, что о том, где находится комната ключницы они узнали от какого-то Симана.
— Мда. Вероятно, жертвой была именно ты — вынужден был признать мужчина — А знаешь… — чуть помолчав, добавил он — Я с самого начала считал, что твоя предшественница, прежняя Анита Кейн, погибла случайно… Но теперь приходится признать, что убили её целенаправленно — головой качнул — С другой стороны, я изначально предполагал, что главной мишенью преступников был ректор, под личиной которого я сейчас и живу.
Аня на эти слова зябко поёжилась. Она уже месяц прожила в Ницианской империи, ко многому привыкла, уже начала считать своим новое тело и свою новую жизнь.
— От прежней ключницы мне по наследству досталось это тело, досталась её работа, достались её знакомые и друзья, кое-какие сбережения на счетах. А теперь, выходит, мне по наследству достались и её враги, которые теперь хотят убить и меня — произнесла Аня.
— Кстати, по поводу сбережений на счетах Аниты Кейн — встрепенулся следователь — Какая именно сумма находится на счёте?
— Одна тысяча девятьсот суонов. Было две тысячи, но сотню я отдала в качестве предварительной оплаты за обучение.
Райнер остановился, и Аня рядом с ним, наблюдая, как мужчина задумчиво трёт лоб.
— Возможно, именно эти деньги и являются той причиной, по которой тебя хотят убить — произнёс он в итоге.