Ключница в проклятой Академии (СИ)

Никакого сейфа в кабинете не наблюдалось. Разве что ящики в столе. В самом нижнем из них нашлись расписки преподавателя о снятии приличных сумм со счёта в одном из столичных банков. Расписки были датированы позапрошлым месяцем. Вероятно, эти деньги как раз и были потрачены на оплату долгов объявившегося «сыночка». Больше ничего интересного в бумагах покойного отыскать не удалось.

Перед уходом Райнер-таки отыскал местную экономку, полную женщину лет пятидесяти. И даже расспросил её о том, что ей известно о молодом человеке по имени Кир Дориан.

Никаких особо важных сведений экономка сообщить не смогла, поведала о внебрачном сыне хозяина примерно тоже самое, что и господин Дирк. Лишь в самом конце добавила, каким счастливым ходил господин Вэлс, когда узнал о существовании сына, и каким печальным он выглядел буквально за пару дней до своей смерти, когда по какой-то причине поссорился с недавно обретённым наследником.

Следователю было вполне достаточно того, что он узнал. Внезапно объявившийся внебрачный сын в жизни одинокого преподавателя.

По характеристикам экономки и Дирка Хенроя, Кир Дориан — никто иной, как молодой праздный бездельник и прожигатель жизни, так ещё и азартный игрок. Что же, такую характеристику стоило проверить более тщательно. А ещё было бы неплохо уточнить, расплатился ли молодой человек со всеми своими долгами или же всё ещё остался кому-то должен. И если долги у Кира Дориана всё ещё есть, а новоявленный папочка отказался и дальше их оплачивать… Ведь из-за чего-то же господин Вэлс поссорился с сыном?

Да, долги и отчаянное желание как можно скорее завладеть отцовским наследством вполне могли стать мотивом для страшного преступления.

Покинув дом Вэлса Хенроя, Райнер вновь уселся в свой экипаж, откинулся на спинку сидения и недовольно головой покачал. Ему и самому версия о том, что какой-то молодой балбес смог убить десяток человек при помощи очень сложного зелья ради получения наследства, казалась сильно «притянутой за уши». Но в данной ситуации, когда никаких версий, кроме мифического «проклятия» Академии, не было вообще, приходилось обращать внимание на каждую, даже самую маленькую зацепку.

«Нужно отдать распоряжения, чтобы разузнали про этого Кира Дориана всё, что только можно — сказал себе следователь — И пора уже возвращаться в Академию — скривился неприязненно — Пока там ещё кто-нибудь от «проклятия» не умер».

* * *Для Ани второй рабочий день проходил заметно легче, чем первый.