Клубничная беда капитана Зубова

— Садимся, девочки, покатаемся только — и все! Не катались, наверно, никогда на гоночной?

— Не вижу здесь гоночной, — удается спокойно подойти и спокойно сказать. Молодец, Зубов, многолетние тренировки по удерживанию внутреннего равновесия и контролю не проебаны.

Мелкотня одновременно разворачивается и смотрит на здоровенную фигуру в форменной одежде с гордой надписью «Секьюрити», на мрачную пугающую рожу, и немного притухает.

— Говно на колесах вижу, — продолжает невозмутимо Зубов с самым серьезным выражением лица, видит, как вспыхивают радостью глаза темноволосой Клубнички, и прям на душе теплеет.

У нормального мужика всегда на душе теплеет, когда на него, как на самого главного человека в своей жизни смотрят, как на защитника. Героя. Нет ни одного, кому бы это не было приятно.

Парни, наконец, идентифицируют надпись на кармане форменной куртки, после чего их рожи, опять же одновременно практически, наглеют и наливаются дурной храбростью. Конечно, кто он для них? Обслуживающий персонал.

Ему только в спину плевать и пялиться свысока. Швейцар на воротах.

Очень неграмотная, просто в корне неправильная позиция! Но щенята еще не обтесались в этой жизни настолько, что верно расставлять приоритеты. Например, верно расставить себя, задохликов, и его, Зубова. Тут и дурак поймет, на чьей стороне преимущество.

А вот идиот — не поймет…

Похоже, эти трое — как раз такие. Идиоты.

Потому что не понимают. Борзеют, надуваются. Смешно до икоты. Но Зубов умеет сохранять невозмутимое выражение лица.

Мало ли идиотов на свете? Вот и еще на одних довелось посмотреть… То ли еще будет…

Он находит взглядом Клубничку и еле заметно коротко кивает ей, чтоб несла свою сочную жопку за его спину.

Она подчиняется мгновенно.

Какая хорошая, послушная девочка… Это уже член опять высказал свое ценное, но никому, нахрен, не интересное мнение.

Парни, поглощенные поисками собственных яиц, не сразу обращают внимание на потерю добычи. Причем, одновременно всей, потому что ее подружайка тоже находит в себе зачатки мозга и топает следом за Клубничкой.

Она-то, естественно, нахер не упала, но если спасать, то уж обеих дур. Они же по одной не ходят. Только парами, блядь."

"— Ты кто такой? — наконец, самый главный заводила отыскивает где-то глубоко внутри организма поджавшиеся первичные половые признаки и задает сакраментальный вопрос, предвестник начала любой драки. Умный очень вопрос, конечно.