Что, странного-то?
— Телохранитель Анатолия Демидова, каким-то невероятным образом смог убить налётчиков в условиях нулевой видимости. Я верю в силу сотника. Но он — не чародей. Взглянем на ситуацию трезво?
— Повезло. И, что с того? Валюш… у меня предприятия новые. Ну… — Степан Игнатьевич с легким пренебрежением посмотрел на бандита: — Время же, оно как? Фьють! И всё. Обратно ни за какие деньги не выкупишь.
— Ладно… Тогда следующая картина вас явно впечатлит.
И действительно, как только Строганов перелистнул страницу, то прикрыл рот рукой и отодвинул папку в сторону.
— Ваше Благородие… Я никогда ничего не боялся. Меня вообще нереально напугать… Но новый сын Демидовых… — Вениамина передёрнуло: — Он — хладнокровный убийца! Хищник, что охотится на людей… Очень опасный и неподконтрольный. Дикий… Это надо признать!
— Он… — Строганов снял очки, и зажмурив глаза, тяжко выдохнул воздух из лёгких: — Семнадцатилетний мальчик, у которого похитили младшую сестру. Когда Вертинские украли мою дочь… Я приехал туда.
— Степан Игнатьевич… Вы меня не поняли.
— Я правильно понял! — Строганов злобно посмотрел на Плотникова: — Передайте всем… Если об этом хоть кто-нибудь узнает — я лично принесу очень толстую папочку Михаилу Алексеевичу. Тебе понятно, родной?
— Семнадцатилетний мальчик не может…
— МОЛЧАТЬ! — барон ударил кулаком по столу: — У тебя воровали родных? Нет. Вот и молчи! Мы нашли сокровище, которое необходимо взрастить и дать шанс.
— Вы уверены, что ОН ничего нам не сделает?
— Ха… — Строганов весело расхохотался: — Так вот, где собака зарыта? Прокурор-то тут не причём.
— Это монстр! Что мне ещё оставалось делать?! Мои люди теперь бояться выходить из дома!
— Монстр — это я. — Строганов деловито скрестил пальцы: — Володя моё сокровище спас. Я за него, впрочем, как и за любого Демидова — голову и тебе, и всему МВД отгрызу. Ты меня понял?!
— Да, Ваше Благородие…
— Вот! Можешь же, когда захочешь. Ты поедешь первым, Валюш. А, я — следом.