— вздохнула Ведьма-младшая: — А моя матушка там на хорошем счету. Михаил Алексеевич кружится вокруг неё… одаривает подарками, лишь бы Пусечка не сбежала из этого дурдома.
— Ага… кружится и одаривает. — Пуся лишь закатила глаза: — Думаешь, почему я здесь?
— Потому что решила замутить со студентиком. И вообще — ты же терпеть их не можешь? Что же такого с тобой сделал это Жираф?
— Ничего он не сделал! Между нами ничего нет. — фыркнула Ведьма и отвернулась.
— То есть, ты… хочешь сказать, что я спасла этого идиота от неминуемой гибели? Какая невероятная, и в тоже время наглая ложь! — Матильда расхохоталась чуть ли не на весь двор: — Нет, ребята… Я не собираюсь портить вашу идиллию.
— Не твоё дело. — строго ответила Пуся.
— Прекрасно. Эти двое точно спят вместе. — деловито скрестив пальцы, произнесла Ведьма-младшая: — Не осуждаю. Но… Владимир… Смотрю я на вас, и всё не покидает меня чувство приятной истомы.
— Беспризорник из сибирской глуши. — пожав плечами, ответил я: — Анатолий нашёл меня и привёз сюда.
— Сибирской глуши? Хм-м… Интересно-интересно. — Матильда дважды кивнула: — Только вот… разговариваешь ты, как очень воспитанный человек. А это — либо армия, либо высшее общество. Но… у нас это, по сути, практически одно и тоже, ибо служат в основном дворяне. Босяки так не говорят. Поверь мне! Я работала в школе для… особенных детей почти десять лет.
— Особенных? — уточнил я.
— Император заботится о блаженных, ибо его сердце велико. — разведя руками, ответила Ведьма-младшая: — Так вот, там я наслушалась, как разговаривают босяки. Поверь, там порой из-за диалекта не понимаешь, о чём идёт речь. А ты же… как отставной офицер.
— Я стремлюсь к знаниям и культуре.
— Ой, кому ты пытаешься врать, а? — усмехнулась Матильда: — Котик, я не первый день живу.
— Всегда бывают исключения.