– Ладонь дай, – не прореагировала на мою любезность старуха и требовательно вытянула вперед руку. Да еще и пальцы согнула несколько раз, поторапливая.
Ну ладно, дам. Подавив смешок, я вложила свою лапку в ее руку, демонстрируя правую ладошку. Кожа у гадалки сухая и очень горячая, чуть ли не обжигающая. Странно…
– Не там счастье ищешь, – отрывисто сказала женщина, рассмотрев линии на моей ладони. – Не там.
– Да я как-то… – попыталась я возразить.
– Не перебивай! – зыркнула она на меня жгуче-карими глазами, отнюдь не потерявшими от возраста ясности и цвета.
– Чего это?! – оскорбилась я и попыталась забрать свою руку.
– Цыц! – шикнула на меня гадалка. – Сама ведь проложила свой путь, сама же на него не ступаешь. Огнедышащий питомец… воспитывай, хороший будет. Не балуй только, нельзя с ними мягко. В строгости держи. А вот у туза бери свиток, не нужны тебе его предложение и подарок.
– Чего? – впала я в ступор. Еще и туз какой-то…
– В горы… нет. Не надо гор. Ведьма ты, горы не твое. Мальчика береги. Он удачу тебе принесет.
– К-какого мальчика? – окончательно запуталась я.
– Откуда я знаю? – хрипло отозвалась гадалка. – Вот он, мальчик. Тебе виднее.
Подтащив мою руку к своему лицу, так что мне пришлось почти целиком перегнуться через стол, она чуть ли не носом начала водить по моей коже.
– Ох и глупая ведьма, – лающе рассмеялась госпожа Фур-Фур, полюбовавшись на что-то, заметное только ей.
– А можно как-то яснее? – взмолилась я. – Ничего не поняла из вашего гадания.
– Я не гадаю, а читаю по руке. Уж как написано, так и читаю. Уходи.
Резко оттолкнув от себя мою руку, госпожа Фур-Фур тяжело поднялась из-за стола.
– Сколько с меня? – Поджав губы, я тоже встала и полезла в сумку за деньгами.
Дурацкое гадание! Так я и сама кому угодно могу наговорить всякой чепухи, глубокомысленно глядя на руку и делая вид, будто что-то вижу.
– У входной двери в пасть льва брось, – дернула плечом хозяйка салона, подхватила со стола свою потухшую трубку, отвернулась и побрела за ширму.
У двери на улицу действительно обнаружилась небольшая статуя сидящего льва с открытой пастью.