– Ты же не чтец-декламатор, давай дальше, а то встал на полуслове. Итак, в ночь перед свадьбой Наталья была у меня, и что с того?
Он тяжело опустился на стул у окна, помолчал, собираясь с духом.
– В пятницу, перед свадьбой, Наташа сказала, что устроит девичник, попрощается с вольной жизнью. Я не поверил ей и решил проследить, куда она пойдет. Она пошла к тебе. С собой Наташа взяла битком набитую спортивную сумку, а вышла от тебя без нее. Я проверил шкафы.
– Да будет тебе известно, что всю прошлую весну я и Наталья совершенно открыто, ни от кого не таясь, жили под одной крышей как муж и жена. Зачем нам свадьбу играть, если мы расстались? Белое платье надевают для регистрации брака, а не в момент его расторжения.
– Я уверен, что это платье сейчас висит в твоем шкафу, – он театральным жестом указал на место хранения доказательств неверности своей невесты.
Глядя на его напыщенную физиономию, я рассмеялся."
"– Леня, актер из тебя – никакой, просто никудышный! Пафоса в твоем обвинении нет, напряга! Что это за вялый жест: «Вон, там!» Что там, платье? И что дальше? А дальше вот что: Наталья не захотела в этом платье за тебя замуж выходить и подарила его мне. Это платье мы покупали, когда жили вместе.
– Я все про вас знаю, – заученно повторил он. – Она вышла от тебя в три часа ночи и уехала на «Жигулях» бежевого цвета. Потом Наташа засыпала прямо за свадебным столом. Все гости не могли понять, что с ней такое, но я-то знал, почему у нее глаза закрываются.
– Она вырубилась, а ты после ночи, проведенной на улице, был бодр и весел? Дай-ка вспомнить тот день… Холодно было, конец октября. Лужи замерзли, в воздухе кружили редкие снежинки… Наталья пробыла у меня часов шесть-семь.