– Да это не партия, это комсомол, – вяло возразил я.
– Какая разница? Ленин – партия – комсомол! Коли тебе выпало наш отдел представлять, никуда не денешься. На субботу ничего не планируй – Комаров будет проводить итоговое совещание по люли.
Я встал, обреченно вздохнул.
– Раз в жизни попросил отгул – и пролетел!
– С бабой встречу намылил? – догадался Малышев. – Ничего, если умная женщина, поймет. Партия – она такая, она не тебе одному палки в личную жизнь вставляет!
Весь остаток дня я ходил как в воду опущенный.
Ночью я долго не мог уснуть. Образ прекрасной Татьяны бередил мне душу.
«Она самая красивая девушка на свете, – печально думал я. – Такой шанс завязать отношения, и такой облом! Проклятая конференция. Кто вообще придумал эти конференции и собрания, кому они нужны? Сгонят нас, как баранов, в актовый зал и заставят слушать очередного пустомелю: перестройка, гласность! Подавитесь вы, сволочи, своей гласностью, если ради нее у меня свидание пропадает».
Конференция, как я предвидел, прошла скучно до зевоты. Докладчик с трибуны сыпал лозунгами, в которые сам не верил, слушатели в зале потихоньку засыпали.
«Интересный факт, – отметил я про себя. – Все участники конференции в форменной одежде, но ни у одного нет комсомольского значка на груди.
Придя на работу, я позвонил в адресное бюро, назвал пароль, узнал, где живет Колосова.
«Будь что будет!» – решил я и поехал к ней.
У дверей Татьяны я остановился, сосредоточился, одернул полы кителя.
«Если откроет муж, предъявлю ему удостоверение и скажу, что проверяю паспортный режим».
Дверь открыла Татьяна.
– Кого я вижу! – всплеснула она руками. – Ты, часом, не перепутал место и время встречи?
– Таня, – я шагнул в квартиру, – комсомол хотел нас разлучить. Меня на конференцию в областное УВД отправили, я никак не мог тебя предупредить. Прости, что так получилось.
– Да ладно! – смилостивилась она. – Так даже интереснее получилось. В первый раз в жизни я пришла на свидание, постояла у закрытой двери и пошла, как дурочка с переулочка.