Я приглашу тебя за стол, посидим, ты познакомишься с моим женихом, а потом расскажешь свое мнение о нем.
– К «вам» – это имеется в виду, что он уже у тебя живет? Быстро, однако. Не успела высохнуть пыль от моих копыт, как появился новый жеребец.
– Андрей, я ведь обидеться могу. Мой жених у меня не живет и со мной не спит. До регистрации брака он ко мне не прикоснется. Он терпеливый мужчина, подождет первой брачной ночи.
– А, как это, собственно говоря… – замялся я. Нужные слова на ум не приходили, а ссориться с Натальей я не хотел.
– А вот так! – весело передразнила она. – Если он меня любит, то дурацких вопросов задавать не станет. Джентльмены, Андрюша, в грязном белье не копаются. Я, конечно же, не собираюсь ему лепить историю о девочке-недотроге, но о моих мужчинах он знать ничего не будет.
– Наташа, давно тебя хотел спросить: а если твой внезапно появившийся дар так же внезапно уйдет, что тогда? В библиотеку вернешься?
– Андрей, у меня не дар работать с цифрами появился, у меня пробудилась способность аналитически и абстрактно мыслить.
За разговорами мы прошлись по единственной асфальтированной аллейке в парке туда-сюда несколько раз. Редкие прохожие, попадающиеся навстречу, не обращали на нас внимания. Наверное, они принимали нас за семейную пару, обсуждающую предстоящую покупку стиральной машины.
В парке было тихо, щебетали птицы.
«Она больше никогда не будет моей? А ведь это славно! Из мути непонятных отношений я вылез на берег и теперь-то точно знаю, что там, позади, все закончилось и продолжения больше ждать не стоит.
У поворота на полуразрушенный детский городок мы остановились. Шустрая белка спрыгнула на дорожку напротив нас. Я достал сигареты, снял с пачки целлофановую обертку, присел на корточки, помял целлофан пальцами. Белка, привлеченная шуршанием, сделала пару осторожных шагов ко мне, принюхалась, подпрыгнула на месте и убежала в кусты.
– Все как в жизни, – сказал я.