Поддерживать ее стоило мне немалых усилий, которых уже у меня самого оставалось немного. Жалко будет, если я ввалил в нее столько энергии, а она улетит в свой муравьиный рай.
Да, к чёрту! Мне не жалко энергии, мне жалко няшную муравьишку с бойцовским характером. Но окрепшая душа вернулась ко мне обратно в хранилище, расположившись у самого входа, как будто намекая, что она всегда будет под рукой. Есть ритуал воскрешения питомца, и я его знаю. Вот только… слишком много там сложностей. И дело не только в одной энергии.
Я почесал затылок, глядя на кучу барахла, которая осталась после рассеивания Красивой. Ну, надо что–то делать с этим, Сандр. Как оказалось, муравьишка — отличный помощник. Я задумчиво перевёл взгляд на Кару, которая сегодня тоже сильно устала. Она выпучила глаза, и медленно попятилась от меня.
«Я тебе не вьючный муравей!» — раздалось у меня в голове.
— Да знаю я, — улыбнулся ей. — Слишком гордая, чтобы помочь своему хозяину?
Кошка на секунду задумалась, и потупила свой взгляд. Затем глубоко вздохнула и подошла ко мне, подставив свою спину.
«Извини, мне стыдно», — раздалось у меня в голове.
— Ладно, — потрепал я её за ухом, — бывает. Хотя, думаю, что в этот раз я справлюсь сам."
"До выхода из Разлома оставались считанные метры, поэтому я уперся ногами в пол, и потащил эту груду железа вперёд волоком. Карамелька аккуратно пристроилась сбоку, прихватила зубами, и также, пятясь задом, помогала мне тащить.
Наружу я вывалился вперед задницей, в больших белых трусах с сердечками, вытаскивая за собой хабар.
— Стоять! Не стрелять! — ожидаемо послышалось сбоку.
Я перевёл в ту сторону свой взгляд. Армейцев с моего ухода ощутимо прибавилось. В мобильном городке, похоже, формировались новые группы только–что прибывших на помощь Истребителей.
Ко мне с обеспокоенным лицом бежал Лысый, со здоровенной РПГ-шкой на плече.
— Командир, ты живой!
Я встал и вытер пот с лица.
— Доверие, друг мой, доверие! Где ты уже отжал, и зачем её притащил сюда? — кивнул я на гранатомёт.
Лысый смутился.
— Да так, парни подогнали.
Тут подбежали эти самые парни.
— Верни чужое! Оно у них на балансе стоит, скорее всего, — махнул я Лысому.
Но тот молча вцепился в него, как ребёнок в игрушку. Рядом засмеялся пожилой сержант.
— Да пусть оставляет себе… Спишем на потери. Где вы нашли такое чудо, ваш–бродие? — обратился он ко мне, кивая на Волка. — Он с гранатомета с точностью снайперской винтовки шмаляет. Половину жуков с последней волны лично положил.