Как я уже говорил, мы тщательно работали над своими телами, а железки это всего лишь дополнение.
А вот его друг почему–то открыл рот, а затем попытался убежать, да только его постигла неудача. Один удар лапой остановил его навсегда.
И тут я понял одну вещь. Я был зол, а убийство этих идиотов не могло убрать мою злость, или хотя бы принести мне азарта и адреналина. Ну… или удовольствия.
А потому я решил психануть, и стал долбить по стенам, чтобы привлечь к себе внимание. Мне хотелось битвы, от которой кровь закипает и хочется беспричинно смеяться!"
"Увы, но и сейчас я не получил удовлетворения, даже когда все поняли, что в доме посторонний, и стали возвращаться обратно.
Кстати, она сейчас сидит на втором этаже и слушает, что здесь происходит. На ее лице не было слез, но рыжим волосам не помешает расческа, настолько сильно они были запутаны.
Босс–японец тоже вступил в битву, и он был, пожалуй, самым интересным противником. Но даже до Минамото не дотягивал, хотя и совсем немного.
Его голова покинула свое тело через считанные секунды. Что за глупость? Если ты аристократ, хоть и мелкий, нечего лезть в якудзы.
Когда в доме остались лишь трупы и девушки, я призвал еще одного слизня, который всех здесь сожрет.
— Вот, и как тебя назвать? — спрашиваю ее, заходя в комнату, дверь которой мне тоже пришлось выбить.
— Дурой? — слабо улыбается она, и пытается юморить, но я вижу большое облегчение в ее глазах.
Стою, молчу, и улыбаюсь.
— Поможешь мне? Или так и пойдем по улице? — тянет она ко мне свои руки, замотанные цепью.
— Знаешь, а тебе идет… — сейчас она выглядит довольно мило.
— Наверное, отец был прав, и лететь в эту страну ради дуэли было ошибкой. Два раза за один день встрять в такие проблемы.
Довольно хладнокровна. Если даже и хочет закатить истерику, то не может себе позволить такой слабости.