Первой счет открыла Карамелька. Один из «королевских» отошел в сторону, чтобы поговорить по телефону, и в этот момент из–за кустов выпрыгнула его смерть. Затем и второй умер, когда пошел проверить, что там за шум.
А кошечка специально царапала кору дерева недалеко от него. Когда он заметил царапины и вскинул свою винтовку, то пантера прыгнула ему на голову с дерева и тот умер, не помог даже накинутый доспех.
Хотя хапнула она от меня энергии в этот момент солидно. Не хотела рисковать, и решила продавить защиту разом.
Первые выстрелы Шнырька прозевал, но как только их услышал, сразу рванул туда показывать, что там происходит. Это был Волк, который застрелил уже четверых из слонобоя.
Хмм… А он хорош! Промежутки между выстрелами были минимальными, когда он только целиться успевал? Четыре выстрела — четыре трупа.
Выбрал самых сильных врагов, ауры которых предварительно считал, и в то время, как они собрались на что–то типа совещания, убил. Он грамотно все спланировал, и тоже выбрал позицию с кроны дерева.
Теперь там слышится перестрелка.
Пожалуй, дальше досматривать не буду. А то еще захочу помочь. Последнее, что я увидел, как Потапов скатился с дерева, аккуратно отложил в сторону снайперку, и взял в руки «Вихрь».
Я, конечно, добрый и все дела, но есть вещи, в которых доброта только мешает. Это его экзамен, который он должен пройти сам. И думаю, что он это прекрасно понимает, раз даже вопросов уточняющих не задал.
Тот еще выпендрежник, который уверен в себе на все сто, и кажется считает себя сильнее меня. Но признает мое старшинство, а еще мои экстраординарные навыки Дара, которые он еще не понимает. Но я замечаю, как он присматривается ко мне и анализирует.
Если справится, то полезным точно будет. Хороший он человек со своими понятиями о чести и морали. Такой вряд ли пойдет на беспредел и поступки, которые переступают его честь.
Ладно, с этим разобрались.
Ну, или по старинке, скормлю слизням их тела.
Войдя в Разлом, меня сразу никто само собой атаковать не стал, и я ощутил под ногами песок, а над головой жгучее солнце, которое хотело поджарить меня до хрустящей корочки.