Находясь в клубе, ему понравилась дама, и он очень хотел, как он выражался, поцеловать даме ручку. Но у дамы было четыре кавалера. Он положил их всех, действительно поцеловал даме ручку, галантно откланялся и неровной походкой пошёл к Центру, где его взяли тепленьким по звонку с жалобой. Но он особо не переживал, и просто пошёл досыпать не в казарму, а на гауптвахту.
Выглядели все они помятыми и потрепанными, смотря на меня угрюмо.
Четыре молодых Истов пятого ранга. А вот «галантный кавалер» был третьего класса. Его личное дело я просмотрел чуть подольше.
Ранее рейд-лидер дежурной группы Центра имел безупречную репутацию до своего 33-го года, точнее до того, как его группа зашла в Разлом, и пропала там на две недели.
А еще он заимел, после того случая, одну пагубную страсть — это был алкоголь.
— Так, алкоголики-тунеядцы, — провозгласил я. — Кто из вас хочет немножко повоевать?
Ожидаемо, руку потянул Астахов с каменным лицом. Четверо остальных просто пробурчали, сказав, что они лучше бы еще поспали.
— Я глянул, что всем вам дали по трое суток.
Молодые люди немного посовещались между собой, а затем согласно кивнули. Ну, другого я и не ожидал.
— Пятнадцать минут на сборы. Жду вас возле гаражей.
Подъезжая к Разлому, я улыбался своим мыслям. Честно говоря, мне трудно понять, почему я сделал именно это.