Но, согласитесь, Алина как никто имеет право на счастье. Даже если и не с вами. И мне, правда, пора. Всего хорошего.
Когда разъединились, девушка ощутила себя прямо-таки великим комбинатором. По крайней мере, пищу для размышлений она дала, пусть теперь думает. А то повадился названивать.
– Чего мама хотела? – Алина стояла у зеркала, думала какие серьги надеть. Длинные с кисточками или гвоздики?
– С кисточками! – заявила с ходу. – Да, ничего не хотела. Поинтересовалась как у нас тут дела. Пожелала повеселиться от души, – и милейше улыбнулась.
– М-м, – и нацепила серьги.
В пять девушки вышли из дома. Алина все еще была настроена скептически, но свежий воздух и теплая, а главное, сухая погода взбодрили. Как и договаривались, в шесть встретились с Мишей в метро и уже все вместе поехали в клуб. Заведение расположилось почти в центре, внутри было действительно очень симпатично, народа немного. Но это только начало вечера, потом и людей прибавится, и музыка зазвучит громче.
Миша усадил прекрасных дам за стол, сам же отправился в бар за коктейлями, однако каково было удивление Алины, а Вася лишь сделала вид, когда вернулся Михаил не один.
– Познакомьтесь, – Миша кивнул на парня. – Даня. Мы учились вместе, – и как-то виновато посмотрел на Алину. – Он неделю назад приехал из Риги, собирается дать мастер-класс в Форесте.
– Привет, Даня! – помахала ему Вася. – Я Василиса, а это Алина, – пихнула в бок подругу, отчего та скривилась. – А вы что? Тоже повар?
– Приятно познакомиться Василиса, – улыбнулся симпатичный брюнет, – Алина.
– Причем крутой повар, – похлопал его по плечу Миша. – Уже шеф. Победитель Les Chefs en Or в Париже.
– Да это было два года назад, – смутился Даня.
– Ой, как здорово, – вот сейчас Вася начала переигрывать."
"И Алина быстро сообразила, что к чему, тогда же подтянула к себе горе-подругу:
– Так вот, зачем все это, – прошипела ей на ухо. – Я ненавижу сводничество.
– Перестань, – изобразила суровую гримасу. – Тебе пора посмотреть по сторонам. Страдаешь по своему Довлатову, а он окопался черт знает где.
Да уж, Алине одновременно и обидно стало, и зло взяло на этих двоих врачевателей душ, однако головой она понимала, что пора завязывать со слезами по тому, кто к ней уже не вернется. А Данила тем временем смотрел на девушку без какого-либо стеснения.