– Слушай сюда, я ведь и вломить могу, – замахнулся. Это его излюбленный способ вытрясать деньги.
Глаза отчима горели огнем, губы поджал так, что аж побелели. Видимо совсем на мели, а собутыльники еще отсыпаются. Спорить с этим существом не хотелось, тем более в таком состоянии, поэтому Алина быстро достала из кармашка рюкзака пятьсот рублей одной купюрой, посетовав про себя, что не разменяла вчера, и всучила в руку Игорьку.
– Все, больше нет.
– То-то же, – осклабился, «сверкнув» металлическими коронками.
"– Урод, – прошептала ему вслед Алина. – Сам бы хоть раз пожрать купил.
– Доча, – вот и матушка вышла из спальни. Халат на ней был порван, отчего виднелась грудь. – Ты Игоречку денюжку дала? Он с утра такой нервный, такой нервный. Нехорошо ему.
– Вы обблевали всю ванну, – процедила сквозь зубы.
– Ой, это случайно вышло. Я помою. Обещаю.
Но Алина ничего не ответила, она скрылась в комнате, быстро оделась, взяла из второй копилки, где хранила деньги на каждодневные нужды, полторы тысячи и поспешила покинуть квартиру.
На работу приехала бледная и практически без сил. К счастью, кроме Фили в зале кофейни никого не было.
– О-о-о-о, – протянул бармен. – Ты чего, Динька? Ну-ка, садись. Кофейку навести?
– Нет, Филь… мне бы чая.
– Рассказывай, – достал из-под стойки чашку с блюдцем, начал колдовать над заварным чайником.
– Близится мой час расплаты, – улыбнулась нехотя. – С утра пораньше разборки домашних. И желудок что-то пошаливает последнее время.
– К врачу, – поставил перед ней чашку чая. – Доведешь себя до какой-нибудь хрени трудноизлечимой.
– Да, надо бы… Но, блин, пока попадешь к нужному спецу, коньки отбросишь. Там же как, сначала к терапевту надо, потом он направление выдаст и только после этого… В общем, проще лечь и умереть. А на платных денег жалко.