Михаил терпеливо ждал окончания рассказа и в результате выяснил, что за последнюю неделю Алик провожал Алену всего два раза, в воскресенье и во вторник. В среду Алена в салоне не работала, была не ее смена. Сам Алик в среду уезжал в Подмосковье, куда его послал начальник с каким-то поручением, вернувшись, он позвонил Алене, чтобы обсудить дальнейшие планы, и выяснилось, что у нее два вызова - на девять вечера и на одиннадцать. Встреча не складывалась, и они дружно решили, что не станут выкраивать жалкие полчаса, а лучше встретятся на следующий день, в четверг, как обычно, после закрытия салона.
- А теперь, Алик, постарайтесь вспомнить, не попадался ли вам на глаза в воскресенье и во вторник один и тот же мужчина? Молодой мужчина примерно вашего возраста, высокий, светловолосый.
Юноша задумался, потом отрицательно покачал головой.
- Кажется, нет. Я такого не помню. Но я, честно признаться, не обращал внимания. А вы думаете, преступник за ней следил? - с тревогой спросил он.
- Думаю, да. Он выжидал момент, когда Алена окажется одна и рядом не будет людей. Он наверняка был возле ресторана, где вы ужинали в воскресенье, и смотрел, как вы уходите. Он наверняка шел за вами в надежде на то, что вы расстанетесь раньше, чем дойдете до ее подъезда. Вы свернете в сторону метро, а она пойдет дальше одна. То же самое произошло и во вторник. Он был где-то рядом с вами. Поэтому очень важно, чтобы вы вспомнили всех людей, которые попадались вам на глаза, когда вы провожали Алену.
Алик очень старался, но вспомнить никого не мог. Он вовсе не утверждал, что на улицах было безлюдно, нет, люди были, но он их не рассматривал. Ну что ж, жаль, конечно, но в запасе у Доценко был еще один прием, который иногда давал неплохие результаты.
- Давайте мы сейчас поедем к тому ресторану и вместе проделаем тот же путь, каким вы шли в воскресенье с Аленой. А потом пройдем тем маршрутом, которым вы возвращались к ее дому во вторник, - предложил он.
- Зачем? - тоскливо спросил Алик.
"Доценко отдал должное его самообладанию. Алик утром узнал об убийстве любимой девушки и после этого сидел перед ним уже битых три часа, старательно отвечая на вопросы и никак не демонстрируя свое душевное состояние. Михаил ни минуты не сомневался в том, что парню больно и тяжело, но прорвалось это только сейчас.
- Я прошу вас, Алик, - твердо сказал Доценко. - Нам необходимо это сделать.