- Козел я, козел! Ну чего я на Игоря наехал? Ведь я же все знаю, и Колобок предупреждал, и вообще... Чего я начал на него орать? Что, со мной так не бывало? Бывало. Со всеми такое было. Даже с тобой.
- Юра, ты просто устал. Ты ночь не спал, нервничал. Конечно, ты сорвался, но опять-таки, с кем не бывает? Со всеми случается. Я не вижу здесь повода для трагедии.
Настя уже полчаса сидела в кабинете Короткова и наблюдала за процессом битья себя в грудь и посыпания головы пеплом. Она понимала, что дело не в Игоре Лесникове, а в самом Юре.
- Если уж на то пошло, то я виновата не меньше Игоря. Я теперь припоминаю, какими глазами Женя смотрела на него, когда была здесь во вторник. Да и в понедельник, когда она только зашла ко мне в кабинет и я ей сказала, что в лабораторию с ней пойдет Миша Доценко, она даже не сумела скрыть разочарования.
Коротков с ненавистью сгреб рукой мелкие бумажные клочки и швырнул их в урну.
- Столько работы псу под хвост! Две ночи снимали, технарей задействовали, оперов в клубы нагнали, и что теперь? Все зря? Если Фанат там был, то в любую минуту можно ожидать новый труп.
- А давай попробуем ее обмануть, - осторожно предложила Настя. - Только это технически очень сложно. Но может сработать.
Юра поднял голову и скептически уставился на нее.
- Говори.
- Надо сделать из всех имеющихся пленок винегрет. Такой, чтобы могло сойти за новую запись. Женя производит впечатление нормального человека, то есть я хочу сказать, она не кажется человеком, имеющим суперспособности.
- Ну, допустим, - без энтузиазма откликнулся Юра.