А если денег не будет, Володя будет ходить в грязных рубашках и нестираных дырявых носках, пить дешевую фальсифицированную водку и закусывать дрянными консервами. Если не будет денег, ей придется не в такси его возить, а на метро и автобусе, а в том состоянии, в котором он может оказаться, легче легкого загреметь в вытрезвитель. Володя начнет буянить, кричать, замахиваться на милиционеров, а там и до статьи вместе со сроком недалеко. Грязный, заросший, небритый, вечно пьяный, Владимир Околович начнет проводить время в обществе таких же опустившихся личностей и скатится в пропасть в считанные недели.
Этого нельзя допустить. Деньги нужны срочно. И денег нужно много. Только бы не обманул и не подвел этот тип...
Светлана даже и не думала сердиться на Околовича за безобразную сцену, которую он устроил ей несколько дней назад. Не первый раз и, совершенно очевидно, не последний. Другое дело, что обычно он уже на следующий день звонил и просил прощения, а тут прошло столько времени - и ничего.
Решительно отбросив в сторону одеяло, девушка выскочила из постели и прошлепала босыми ногами в другую комнату, где стоял телефон. Только бы Володя был дома...
Конечно, он был дома. Где ему быть в десять-то утра! Если Светлана его не разбудит, он так и будет спать до полудня, а то и позже.
- Володенька, у меня очень хорошие новости, - радостно заговорила она. Очень скоро я достану деньги на твой проект, и ты сможешь делать его сам, ни от кого зависеть как бы не будешь. Ты доволен?
- Когда? - требовательно спросил Околович.
- Очень скоро. Ты только потерпи чуть-чуть, ни с кем пока ни о чем не договаривайся и никому ничего не говори, чтобы удачу не спугнуть. Все будет в порядке, я как бы тебе обещаю.
- Как всегда, - утомленно ответил Владимир.
- Тебе что-нибудь нужно? У тебя есть еда?
- Да так... Ничего, выживу."
"Он продолжал строить из себя несчастного, всеми брошенного гения, но и это было привычным и совсем не обижало Светлану. В конце концов, для того она и существует, чтобы поддерживать его, кормить, одевать, утешать, помогать ему. Таково ее предназначение, и грех ей обижаться и чего-то требовать от Околовича.