Двести тысяч долларов! Уверяю тебя, ему и в голову не придет требовать такую сумму у уборщицы или учительницы. Он прекрасно понимает, с кем имеет дело. А поскольку у тебя, что очевидно, таких денег нет, значит, он знает, что ты можешь их где-то взять. Он провоцирует тебя на хищение в твоей же фирме.
Ольга вскинула на Павла озабоченный взгляд.
- Ты думаешь? Думаешь, это затеял кто-то из аудиторов? Официально ничего не накопали во время проверки, но решили, что я все-таки подворовываю?Черт его знает, Паша, вполне возможно.
- Я считаю, что надо для начала попробовать узнать, кто это. Кстати, ты не хочешь обратиться за помощью к своему дружку?
- К Роману? - испуганно вскинулась Ольга. - Да что ты! Ни в коем случае. Я же не смогу ему объяснить, почему я не боюсь этого шантажиста и не собираюсь ему платить. Пашенька, я знаю Романа, поверь мне, он не скупердяй, у него широкая натура. Он просто достанет эти деньги, принесет мне и скажет: на, заплати, только не волнуйся больше, дорогая.
- Ну ладно, ладно, - Павел примирительно взмахнул рукой, - не кипятись. Тогда мы сами его вытащим на свет божий и посмотрим, что это за фрукт. Сделаем мы вот как...
Когда раздался звонок шантажиста, Ольга была во всеоружии.
- У вас ничего не получится, - холодно произнесла она в трубку. - Я вчера все рассказала мужу, так что ваша пленка больше никакой ценности не имеет.
- Это вы кому-нибудь другому расскажите, - фыркнул невидимый абонент.
- А никто другой меня об этом не спрашивает, - отпарировала Ольга. - И не звоните мне больше.
- Ладно, - в голосе шантажиста послышалась откровенная злость, - мы еще посмотрим, простил он вас или нет.
Ольга швырнула трубку и вопросительно посмотрела на Павла.
- Не знаю, Паша, я ничего не поняла. Он как-то слабо отреагировал.
Павел ласково обнял ее, погладил по голове.
- Лелечка, милая моя, не родился еще на свет шантажист, который бы сразу отступал от своих требований. Если бы от них было так легко отделаться, не существовало бы проблем с шантажом. Поверь мне, он клюнул. Когда у тебя рандеву с Романом?
- Мы на завтра договаривались...
- И чудесно. Завтра и начнем.