Через час она вышла из магазина, одетая в длинную темно-синюю юбку с высоким, почти до трусиков, разрезом сбоку, и в блестящую коротенькую майку-топ, плотно облегающую высокую грудь и оставляющую открытой широкую полоску смуглой кожи на животе. На ногах у нее были изящные босоножки на высоких каблуках, на плече болталась крошечная голубая сумочка на длинной цепочке вместо ремешка. От полос и открытых плеч исходил сладкий аромат духов ""Кашмир"". Старую одежду Женя аккуратно сложила в пакет, который несла в руке.
Она отправилась в ресторан, в тот самый ""Испанский уголок"".
В ресторане она заказала паэлью по-валенсиански, не глядя в меню. Ей хотелось произвести впечатление знающего человека, хорошо знакомого с испанской кухней. Само название блюда, которое она увидела и запомнила еще в тот раз, когда была здесь с отцом, звучало для нее как волшебное заклинание.
- Это блюдо на двоих, - осторожно заметил высокий красивый юноша-официант. - Вы кого-нибудь ждете? Поставить второй прибор?
- Нет, я одна, - высокомерно ответила Женя, не очень понимая, что такое ""блюдо на двоих"".
- Вы знаете, что паэлья долго готовится? Вам придется подождать минут сорок, не меньше.
- Я не тороплюсь, - улыбнулась она. - Принесите мне пока кофе.
Она в книгах читала, что на Западе сначала пьют аперитив, а иногда кофе, не после еды, а именно до нее. Сидя у окна и глядя на Манежную площадь, она давилась слишком горьким и крепким кофе, мучительно стараясь удерживать на лице выражение задумчивости и легкой печали.
Аппетит у нее пропал, она для порядка впихнула в себя немного паэльи и попросила счет. Расплатившись и оставив в ресторане больше пятисот рублей, вышла на площадь, хотела было зайти в то кафе, где недавно была с Игорем, выпить сок и съесть пирожное, но передумала. Она сделала то, что хотела, но это не принесло ей радости.