Женщина приоткрыла дверь, но с цепочки ее не сняла.
– Вы от Сергея Петровича? – взволнованно спросила она.
– Нет, я не от него, я за ним. Я его квартирант. Меня Игорь зовут...
– А, слышала, слышала... Только Сергея у меня нет.
– Вот мне бы и узнать, где он есть. Может, вы подскажете. Вместе его искать будем.
– А он что, пропал?
– Получается, что да. Дома его уже вторую неделю нет.
– Так он же на стройку вроде бы устроился.
– Вы знаете об этом?
– Ну, конечно, он мне говорил, что работу хорошую нашел.
– Боюсь, что не хорошую. Боюсь, что обманули его на этой работе. Очень сильно обманули...
– Ох! А что ж мы на пороге-то стоим. Проходите в дом. Чай, кофе?..
– Да можно чаю.
В квартире чисто, уютно, пахнет пирогами. И сама Галина опрятная, вся такая домашняя. Ей уже за сорок, круглое полнощекое лицо, пышные формы. Бахметьев прав, красавицей эту женщину не назовешь даже с натяжкой. Но и дурнушкой ее назвать язык не повернется. Была в ней какая-то изюминка. Петровичу в его возрасте красота без надобности.
– Извините, я знаю, что вас зовут Галина. А как по отчеству?
– Галина Викторовна... Вы какие пироги любите, с яблоками или абрикосами?
– С яблоками.
Пироги были вкуснющими. Ну прямо как у мамы. Игорь вспомнил отчий дом, душа затомилась.
– Хорошо у вас, – заметил он. – Сергей Петрович, наверное, тоже так считал?
– Почему – считал? – забеспокоилась женщина. – Почему вы говорите о нем в прошедшем времени?
– Да беда случилась. Он квартиру свою бандитам отписал. Так просто это не делается...
– Бандиты?! Да что ж это такое? Житья от них нет!.. А где сам Сергей?
– Хотелось бы это знать. Может, вы подскажете?
– Да нет, не знаю я. Не знаю, – покачала головой Галина Викторовна. – Говорил он, что на фирму куда-то устроился.
– Уже что-то. Может, вы и адрес запомнили?
– Если бы... Нет, не помню. Сергей что-то говорил. А я не слушала. Да и память дырявая... Он говорил. Говорил, говорил. А я стояла и думала, хороший он мужик, не пропащий. Он же, окаянный, предложение мне сделал. Обещал, что пить больше никогда не будет. На работу вот устроился... А тут, вы говорите, бандиты...