Но ничего, проблем пока не возникало, да и участок фронта был невелик. От аэродрома до Петергофа лететь около 10 минут, рукой подать, но и немцам тоже. Именно в это время они стягивали под Ленинград силы, в том числе авиацию, так что встретить в воздухе противника – вероятность высокая.
Новички держались пока неплохо, жались, конечно, к ведущим, но это ничего, многие сначала так делают. Олег постоянно талдычил Малинкину, чтобы тот крутил головой, шарфик из парашютного шелка ему сделал, чтобы шею не натирал. Оглядываясь назад, Северов видел «ишачок» Сергея, висящий немного выше и правее, и очень надеялся, что ведомый его совету следует.
Девятку «Ю-87» первым заметил Гоша, покачал крыльями и повел эскадрилью за собой. Теперь противника увидели все, Олег представил, как обрадовались новички, но все было не так просто. Сверху находилась четверка «Мессеров», и Северов не сомневался, что сейчас подтянется еще звено."
"Так и произошло, Северов и звено Ковина попытались оттянуть на себя прикрытие, а пара Синицкого и звено Горобченко атаковали бомбардировщики.
Когда эскадрилья села, пилотов встретил недовольный батальонный комиссар Коляда.
– Сорвать бомбардировку вы не смогли! – напустился он на Синицкого. – Надо было действовать решительнее, истребители вы или бабы беременные?!
– Успокойся, Степан Игнатьевич, – подошедший Сотников примирительно хлопнул его по плечу.
– Да что рассказывать, – пробурчал расстроенный комэск. – «Мессеров» два звена в прикрытии, а у меня кто? Не сбили никого, и то ладно.
Коляда задохнулся от возмущения, но сказать ничего не успел, подошел техник и доложил, что три «ишака» на сегодня отлетались, хорошо, если до завтра успеют отремонтировать.