И Гоша, смешной Винни-Пух и один из лучших летчиков ВВС Балтийского флота, хронический добряк и орденоносец, прекрасно его понял, виновато заморгал и тоже вздохнул.
К 15 декабря у Северова было уже шестнадцать сбитых лично, групповые он теперь принципиально не считал.
Утро началось как обычно, успели спокойно позавтракать, как вдруг прилетел Самохин и приказал построить полк. Генерал сказал короткую речь и поздравил капитана Синицкого с присвоением высокого звания Героя Советского Союза, вручил ему коробочки с медалью Золотая Звезда и орденом Ленина.
Самохин только успел пожать руку комиссару, как подбежал дежурный и попросил генерала срочно пройти в штаб. Через пару минут Михаил Иванович вызвал в штаб командование полка и комэсков."
"– Ситуация такая. Вот отсюда ведет передачу открытым текстом группа разведки.
Комполка не колебался ни секунды:
– «Бессмертные»!
– Кто?
– Третья эскадрилья, лейтенант Северов.
– Хм, добро!
– Товарищ майор, разрешите мне парой с третьей слетать? – вдруг спросил Бринько. – Шаневич и без меня справится.
Сотников раздумывал пару секунд, потом кивнул.
Когда летчики вышли из штаба, на аэродроме уже вовсю царила суета, на семерку «Ар-2», все, что осталось у Агеева, подвешивали бомбы.
– Петя, я пойду с бомберами на четырех с половиной, ты держись на пяти с половиной – шести.
Олег сунул коробочку с орденом технику и подошел к своему самолету. «ЛаГГ» был заправлен, боекомплект пушек и пулеметов полный. Олег обошел истребитель, похлопал по обшивке, пошептал ласковые слова. Самолет тоненько дзинькнул обшивкой, словно отвечая своему хозяину, Северов улыбнулся.
Все пошло наперекосяк почти сразу.