Что делать дальше, вот в чем вопрос. А впрочем, не вопрос! Сидеть дальше – хороший вариант, утром немцы скорее всего уедут. Вот только вполне могут найти мотоцикл Северова, его хорошо не спрячешь, да и таскать по темноте некуда. В сам сарай не закатить, дверь маловата, да и шум будет – наверняка дверь скрипит. А в светлое время его сразу увидят, он же просто за сараем стоит, достаточно во двор заглянуть. Уезжать сейчас – опять лишний шум. Надо невдалеке от часовых мотоцикл выкатывать. Так что некоторым гансам – прямая дорога в Вальхаллу, придется их убирать.
Олег вытащил из коляски мотоцикла свою одежду и переоделся, мазать кровью немецкую форму он не хотел, вдруг еще пригодится. В ходе наблюдения за часовыми и подслушивания их разговоров Северов понял, что их скоро сменят. Так и есть, ефрейтор вывел смену, стоять им, судя по разговорам, еще четыре часа. Подождав, пока все опять угомонятся, летчик перемахнул через невысокий плетень и подкрался к часовому, стоящему возле транспорта. Выждав момент, когда второй часовой зайдет за угол хаты, Олег ударил немецкого солдата ножом в сердце.
– Эй, Клаус, Клаус! – Он слышал, как звали одного из солдат, – это я! Где здесь этот чертов клозет?
– Гельмут? Ну ты набрался, приятель! – Часовой засмеялся.
Прежде чем немец успел заподозрить неладное, Северов поработал ножом. Оттащив труп за сарай, Олег осторожно снял замок с двери сарая. Он был не заперт, просто наброшен на скобу.
– Эй! Просыпайтесь!
– Кто здесь?
– Тихо! Не шуметь! Выбирайтесь побыстрее.
Из глубины сарая, пригибаясь, подобрался человек.
– Вас трое, я видел.
– Нет, это генерал Снегов, командир 8-го стрелкового корпуса. Он ранен в ногу и контужен.
– А вы двое в порядке?
– Да.
– Тогда берите его. И тихо! Несите генерала к бронетранспортеру.
Мужчина скользнул в глубину сарая. После короткой возни два человека вывели третьего, висевшего у них на плечах. Пока все было тихо. Они быстро переместились к бронетранспортеру, Северов открыл задние дверцы десантного отделения, полез внутрь.