Придя в отель, я как мог подробно записал рассказ химика по памяти и на следующий день хотел снова найти его, чтобы уточнить несколько неясных вопросов, – но мне сказали, что он неожиданно уехал в отпуск, причем не сказал куда.
А когда в тот же день я возвращался в отель, меня остановили на улице несколько парней криминального вида, избили и сказали, чтобы я немедленно уматывал из Верхнегорска, если не хочу остаться в нем навсегда».
Прочитав статьи Правдолюбова, Даша задумалась, машинально покручивая кольцо на пальце.
Не было никаких сомнений – та женщина, которая жила в ее квартире под именем Анны, это и есть Ольга Мясникова.
Она приехала в Петербург по какому-то серьезному и опасному делу… и наверняка это дело связано с катализатором, разработанным на Верхнегорском заводе.
И тут Даша догадалась, почему Ольга убила Анниного мужа. Потому, что он ее увидел и удивился, кто она вообще такая и почему выдает себя за его жену…
Но действительно, зачем она выдавала себя за Анну? И где сейчас настоящая Анна?
Тут как раз зазвонил телефон.
Телефон заработал, потому что рано утром она увидела из окна Костика, который плелся по двору с авоськой пустых бутылок. Вид у него был помятый, так что Даша крикнула ему, чтобы зашел, она его кофе напоит. Костик тут же бросил бутылки прямо на асфальт и радостно поскакал к ней.
Пока заваривался кофе, Даша вручила ему отвертку и велела починить стационарный телефон. Костик потратил на это минут десять, ворчал, правда, какой урод так провод порезал.
Теперь по звонку было ясно, что это тетя Лика, кому еще и быть-то.
– Дашка, такое дело! – Тетка по обыкновению кричала в трубку. – Чего Виктор-то узнал…
Даша выслушала про пожар в поезде и про станцию Нижние Холмы и отключилась. Значит, эта самая Ольга Мясникова решила выдать себя за Аню и взяла ее вещи и паспорт. Затем сошла в Нижних Холмах, наняла там машину или на автобусе доехала до следующей станции, села в другой поезд и приехала в Питер.
Но куда же тогда делась Аня? Уж не успокоила ли ее эта Ольга, как муженька? А что, с этой бабы все станется, рука не дрогнет у нее. Но тогда где тело? Ой, только тете Лике не проболтаться…
Тут она посмотрела на часы и поняла, что если сейчас не побежит на работу, то ее точно уволят, второй раз про внезапную болезнь начальник не поверит.