В интернате мясо давали редко, и похоже оно было на кусок подошвы. Короче говоря, я отвыкла от такой еды.
— Ооо, Юлька! Где ты была? На телефон не отвечаешь! Я обзвонилась! Даже хотела Аньку набрать, чтобы узнать номер того придурка, что тебя утащил.
— А третий дружок не сказал? — Вспоминаю, как он оттеснял Шумкову, пока Езерский организовывал вопиющее похищение среди белого дня.
— Так он ушёл сразу, как преподаватель показался. Странный он! Рассказывал про китов.
— Про кого?
— Ага, про китов, представляешь? Я сначала зависла даже.
— Они все там чиканутые, кажется. Мой руки и давай поедим, а? Желудок уже сводит.
Пока Лара бегает и приводит себя в порядок, разливаю супчик и нарезаю хлеб тонкими ломтиками. Люблю, чтобы он немного просвечивал.
Папа раньше смеялся и приговаривал, что через мой кусочек «Москву видно».
Обедаем, обмениваясь новостями. Лара не теряла времени даром и во время большого перерыва сделала выборку по объявлениям. У нас есть время сегодня, поэтому мы не откладываем и составляем маршрут, куда сначала наведаемся по поводу работы.
— Ты, наверное, устала? — Лариса задаёт вопрос, когда я подробно излагаю свои злоключения. Единственное, о чём молчу: посягательство Романа на мой рот. Даже вспоминать не хочется отвратительную сцену. Первым делом я, кстати, прополоскала рот и почистила зубы. И губы тоже. Щёткой.
Не то, чтобы я не целовалась. Пробовала.
"Ко мне не ходили, но несколько раз пытались зажать в углу и навязать слюнявые поцелуи. Мне не понравилось, и я старательно избегала всех намеков местных придурков.
— Что? — Трясу головой. — А, нет. Нормально. Чем быстрее сходим, тем быстрее ляжем отдыхать.
— А ты прям сильно хочешь в Военно-исторический? Может, начнём с Эрмитажа?
— Нееее, туда успеем. Хочу безумно. Это моя мечта. Дед охотником был, у него ружье было такое красивое! Ларкааа, сказочное! Мне игрушки были по боку, только бы дед взял с собой, когда чистить будет. Потом я подросла, он меня стрелять учил. Это круто!
За разговорами успеваем убрать за собой и выйти за улицу.