Я дико сожалею, что сейчас головки касается прохладный воздух вместо того, чтобы она была утоплена в жарких глубинах Иды. Но хотя бы так, иначе завтра на встрече с клиентом я кого-нибудь убью.
— Темный… я…
— Да, моя девочка, — сиплю, вторя дрожащему тону Кошечки. – Прыгай, я поймаю.
И так хочется, чтобы она во время оргазма выкрикнула мое имя, но нельзя. Это запрет, который я сам установил. Сейчас, плавая в предоргазменном состоянии, я ненавижу себя за это. Но точно знаю, что пожалею позже, если назову ей свое имя.
Тело Иды выгибается, камера трясется, и я слышу стоны и хрипы, тяжелое дыхание. Рука, удерживающая игрушку замедляется, пока моя на бешеной скорости несет меня к оргазму. Я сжимаю телефон, перехватывая его удобнее, и камера внезапно включается, но я не успеваю среагировать, потому что меня накрывает оргазм. В глазах окончательно темнеет, контуры размываются и я уплываю.
Глава 27
— Темный? – слышу вкрадчивое, и открываю наконец глаза.
Телефон валяется справа на покрывале экраном вверх. К счастью, включена не фронтальная камера, а на экране встревоженное лицо Иды.
— Эй, ты тут? С тобой там все хорошо? – обеспокоенно спрашивает она. — Не молчи, пожалуйста.
— Сейчас, милая, дай минутку.
— Ты живой, — шумно выдыхает она. – Я подумала, что что—то случилось.
— Случилось, Ида.
— Что? Тебе плохо? – и снова тревога в голосе.
— Мне хорошо, милая.
Она облегченно смеется. Я выключаю камеру и прикладываю телефон к уху.
— Фу-у-ух, это было мощно. Мне кажется, я даже на несколько секунд сознание потерял.
Ида снова смеется.
— Ты напугал меня.
— Прости, я не специально. И прости за то, что сосредоточился на своем удовольствии.
— Тебе не за что извиняться. Для меня это было так же ярко.
— Только ты не выронила телефон.
— Не выронила. – я слышу в ее голосе улыбку, и на моем лице расцветает такая же.
— Что скажешь насчет игрушки?
— М-м-м… мне понравилось. Не понимаю, почему раньше отбрасывала идею сестры о покупке такой же.
Я хмурюсь. Мне не нравится идея, что силиконовый член может так легко заменить мой собственный.
— Давай ты будешь ею пользоваться только вместе со мной.
— А потом я могу оставить ее себе?
Провокационный вопрос, и мы оба это понимаем. Ида, как хороший юрист, не задает вопрос в лоб, а обходит щекотливую тему.