Комиссар Лейк всегда был умным человеком, а в сочетании с колоссальным магическим резервом, я бы скорее назвал его опасным. И сколько его знаю, его никогда не покидала мысль выяснить, в чём состоит мой секрет.
Память невольно подбросила фразу из разговора с Джейн в моём особняке.
«Я не знаю, как ты получил эти рубцы…»
Эта девушка, что однажды напомнила маленькую и солнечную колайри, сама того не подозревая, раскрыла мою самую страшную тайну. Она единственная, кто меня действительно понял.
«…но они сделали тебя таким, кто ты есть».
Когда тебя изо дня в день бьёт кто-то заметно крупнее и сильнее, режет и унижает просто потому, что у него плохое настроение, ты учишься заранее считывать его выражение лица и как можно быстрее. Приспосабливаешься просто, чтобы выжить. Выжить любой ценой. Плевать на гордость или болезненные спазмы желудка.
— Итак, Кай?
Комиссар Лейк отбросил личину добродушного толстяка.
— Маркус, я не знаю, о чём ты говоришь, но я всегда действую исключительно интуитивно. Это просто дар от природы или же проданная душа дьяволу, тут как хочешь, но учитель из меня никудышный. Прости.
Комиссар Лейк медленно кивнул, не сводя с меня пристального взгляд.
— Что ж, хорошо. Это твой выбор, Кай. Надеюсь, ты о нём не пожалеешь, а если пожалеешь, то будет ещё не поздно всё исправить.
Я машинально пощупал пальцы, на которые недавно были надеты металлические кольца полиграфа, сухо кивнул и вышел из допросной. Ох, а как же я надеюсь на то, что не пожалею о своём выборе.
Первым делом после того, как меня, наконец, выпустили из отделения жандармерии, я поймал автомёбиус и крикнул фурману, чтобы он отвёз меня в поместье Оллроу.