Вскоре мельтешение файлов завершилось, открылся текстовый документ с надписью:
«Ничего нет. Ищи дальше. Кабинет главы семьи на третьем этаже, там может быть информация».
В очередной раз восхитившись удивительными навыками Ники, Валентин вышел из комнаты.
Понимая, что задерживаться опасно, он последовал совету Ники и направился в кабинет главы семьи. После успешного проникновения в дом у него прибавилось уверенности в себе. В кармане лежал ещё один полный Накопитель Маны, поэтому он должен успеть выполнить задание и уйти незамеченным.
Поднявшись на третий этаж, Валентин подошёл к массивной двери из тёмного дерева с резными узорами. Дверь была заперта на замок. Магический Ключ смог его открыть, но с трудом — на артефакте появились трещины.
Валентин вошёл внутрь, закрыл за собой дверь и осмотрелся. Кабинет был просторным, стены увешаны картинами и полками с древними фолиантами. В центре стоял большой стол, заваленный бумагами.
Валентин подошёл к столу и начал просматривать документы.
Валентин начал обыск, и вскоре в одном из ящиков он обнаружил несколько папок с личными документами. Одна из них была помечена именем «Лилит».
— Нашёл, — удовлетворённо прошептал он.
Открыв папку, Валентин начал быстро просматривать содержимое. Письма, фотографии, отчёты. Его взгляд остановился на документе, в котором говорилось о том, что за смертью Лилит стоит клан Минковых.
Он достал смартфон и сфотографировал все важные страницы, стараясь не пропустить ничего существенного.
Валентин аккуратно вернул папку на место и закрыл ящик. Но едва он повернулся к выходу, как ручка двери начала поворачиваться.
— Чёрт! — мысленно выругался он.
Быстро оглядевшись, он заметил за шторой небольшую нишу. Без лишних раздумий он скрылся там, стараясь не издавать ни звука. Валентин забыл, что он невидим.
Дверь открылась, и в кабинет вошёл мужчина средних лет с усталым лицом и тёмными кругами под глазами — Марат Григорян.
Он прошёл к столу и сел в кресло, тяжело вздохнув. Открыл тот же ящик и достал папку «Лилит». Некоторое время он просто смотрел на фотографии дочери, затем начал читать документы.
— Лилит… девочка моя… — тихо произнёс он.
Валентин вздрогнул. Он не ожидал случайно застать такую интимную сцену. Но сейчас не было времени для сочувствия.