Из дома раздавались крики боли и ужаса, едкий дым душил, а жаркое пламя жгло несчастных. Каждый, кто пытался выбежать из дома — беспощадно расстреливался группой вооружённых людей — личной гвардией Агаты.
Смех Баронессы, от которого по телу пробегали мурашки, разносился над посёлком. Казалось, что Агата одновременно гогочет, воет и рыдает. Жуткая смесь.
Весь квартал, в котором она находилась, пылал. Тело Агаты было облачено в Огненный Доспех, от которого воздух вокруг неё дрожал. И не только воздух — каждый житель посёлка, кто видел Баронессу, либо слышал её смех, немел от ужаса.
В этот день, в посёлке «Метрополия» собрались главы всех трёх кланов, которые пошли против Волковых. Которые убили её старшего сына.
Получив информацию об этом сборе, Агата решилась на отчаянный поступок. Она понимала, что её ждёт смерть после устроенной ею бойни. Но Баронесса и не желала спасать свою жизнь.
Продолжая хохотать, Агата красными от недосыпа глазами посмотрела в небо.
Она ощущала ЕГО. Каждой клеточкой ощущала неведомого кукольника, который дёргал за ниточки. Он методично превращал её в жизнь в АД.
Впервые Агата почувствовала его недавно, когда Дрейк стал овощем. Она смотрела на видеоролик, где собственными руками искалечила сына. Но не могла поверить в то, что она видела.
Затем ролик слили в сеть. И Агата поняла — с ней играют. Неведомый Вершитель Судеб играет с нею, как с жучком.
Агата смотрела в небо, на тёмное облако, и видел в нём очертания ЕГО.
В тот день, впервые почувствовав чужой контроль над своей судьбой, Агата сильно испугалась. Она понимала, что не сможет тягаться с этим чудовищем. Что если ничего не сделает — её жизнь превратится в ад.
Каждую ночь ей снились кошмары, в которых она раз за разом убивала своего сына.
— Сдохните! — заорала Агата, и взмахнула рукой. Волна пламени выстрелила от её ладони и накрыла показавшихся вражеских бойцов, сжигая их заживо.
Агата решила сама выбрать свою смерть. Она не позволит чужой воле управлять своей судьбой. Лучше умрёт — но не позволит. Агата получила свой титул Баронессы, буквально поднимаясь по трупам.